Кладбище программистов

Та открыла его и узрела красное платье с тонкими прорезями на бёдрах и полупрозрачной вуалью. За ним лежали туфли с изогнутыми носами, расшитые жемчугом.

–Правитель желает, чтобы вы станцевали перед ним на празднике, – пролепетала служанка.

–Не бывать этому! – принцесса захлопнула крышку.

–Вы взволнованны напрасно, – сказала Хайя. – Турхамед хочет узреть вашу красоту. Ничего более. Он впечатлён рассказами о вас.

–Меня не волнуют желания вашего правителя, – фыркнула Латора. – Где Давид? Нам пора уходить.

–Он пленник, – склонила голову служанка.

– Вас постигнет та же участь, если не подчинитесь. Турхамед милосердный правитель. Порадуйте его, и он осыплет вас дарами.

–В одной из книг Давида я прочла о стокгольмском синдроме, – задумалась принцесса. – Вы страдаете им?

–Нет, – смутилась Хайя. – Меня всё устраивает.

–Значит, точно страдаете, – хмыкнула Латора. – Ваш Турхаматон или как его… обыкновенный тиран.

–Вы главную жену правителя ещё не видели, – проговорила служанка. – Хасеки Арибу называют Крымской Жемчужиной.

На деле она стерва по имени Оксана Лисовская. Хасеки стольких девушек погубила из ревности к Турхамеду! Остерегайтесь не его, а её.

–Я не превращусь в дрожащую от страха рабыню, – заявила принцесса. – Передай коронованному ублюдку, что я станцую. Пора покончить с ним. Вернее, с проблемами.

Хайя смутилась, однако пошла исполнять приказ. На выходе она запуталась в подоле, и чуть не упала. Латора придержала её, помогая сохранить равновесие. Мысленно она поклялась: «Я не превращусь в бесформенную тучу.

Меня они не сломают. Давид говорил, что я сильнее земных мужчин. Пора проверить. На этот раз я не проявлю неосторожность. Ни один пёс Турхамеда не ранит меня».

Принцесса облачилась в красный наряд и в сопровождении охранников пошла в тронный зал. Огни многочисленных люстр осветили ей путь. Запах специй, пряностей и вина привёл к столам, стоящим вдоль стен. Возле них переговаривались арабы в белых одеждах, с бриллиантовыми часами на руках. Одни вкушали рахат-лукум.

Другие – любовались танцовщицами в откровенных платьях. Молодёжь зачарованно смотрела в телефоны с эмблемой Сталия – гиеной на красном фоне.

Трон переливался, делая сидящего на нём правителя незаметнее. Турхамед выглядел кляксой на золоте. Он шевелил пальцами, словно раздавленная муха, и одежды его стягивали складки жира. Блеск перстней не мог наделить сиянием глаза и разгладить морщины у губ, вызванные гримасой вечного недовольства.