Руны на броне

Я ведь сторона заинтересованная, это меня хотят убить, и слишком ещё юная – тут и рассматривать практически нечего.

Ежу ясно, что завтрашней встречи мне не избежать, остаётся только драться. А дальше? Рано или поздно меня вызовет очень крутой, или я тупо облажаюсь.

- Князя Артём так обозлил и напугал, что тот пустился на публичное заявление! – хмуро сказало Клава.

- Причастен князь или нет к прошлым дуэлям, сейчас почти не важно, - проговорил Авдей. – Он призвал к идейным сторонникам.

- Да, эти пойдут не только за деньги, - согласился Мухаммед.

- А может Тёма как-то технично съехать? – спросила Надя. – Ну, заявит, что его неправильно поняли?

- И что? – скривился Авдей. – Князь Москвы отзовёт свой призыв?

- Тем более, что мы уже прошли точку невозврата, - мрачно сказала Катя. - Даже если Тёма съедет, и князь отзовёт своё воззвание, мы подставим многих людей, обманем большие деньги. Мы лишимся всего.

Мухаммед вдруг усмехнулся и сказал:

- Вот бы немцы напали завтра! Тогда все увидят правоту Тёмы! И вообще фронтовиков до конца войны не вызывают.

- Завтра точно не нападут, - грустно вздохнув, сказала Катя. – Европа ещё не разместила танки в Польше.

- Но хоть вокруг Польши размещают?! – спросил Авдей.

- Вокруг да, - серьёзно кивнула Катерина. – Походу ещё торгуются за наши земли.

- Тогда что остаётся? – удивилась Надя.

- Гнуть свою линию и надеяться на чудо, - сказал я, поднимаясь из кресла. Посмотрел на Катю и спросил. – Ты сегодня в другой спальне?

Она только кивнула.

- Тогда всем до завтра, - молвил я, прихватив с собой газетку. - Ещё нужно помолиться.

***

У себя я действительно только положил газету на кровать и прошёл в специальную комнату. Лампадка горела, Миланья за этим следит. Устроился на коленях перед образами, перекрестился и закрыл глаза с намерением войти в тотемный транс. По субботам в Корпусе я этого лишён. Рыжие близнецы тоже отличники и после учёбы направляются в отпуск. С их слов для воина-рыси постой вообще не вопрос.

За пять уже минут настроился, и тотемный дух заполнил меня. По-хозяйски во мне расположился, ласково заурчав. Приятно бродяге, что кто-то его призывает, чтобы он просто был и лениво жмурился, я ему тоже очень рад.

Через час рыси со мной надоело, я ещё во многом скучный человечек. Не прощаясь, дух как всегда неожиданным прыжком покинул меня.