Ублюдок – 2

Легкое, потому как на фоне всего, что произошло с момента моего появления в этом мире, сильно я удивился только, если бы у телефонной будки появилась пара нижних конечностей и она бы ушла в туманную даль. Как избушка на курьих ножках.

– Курсант Морозов?

– Графиня Аракчеева?

Вообще, конечно, охренели мы оба. Просто я, например, ожидал услышать кого угодно, но точно не Наталью Алексеевну. Это не считая того, что не очень разумно после побега из Академии связаться именно с ней. Но тем не менее, Агата, которая устроила так, чтоб нерабочий телефон вдруг сам позвонил, выбрала по какой-то непонятной причине из всех возможных кандидатур –Главу Тайной канцелярии.

– Где Вы, Княжич? Точное место. – Вот молодец баба. Никаких левых вопросов. Все коротко, чётко и по делу.

– Знаете, я бы с удовольствием ответил, но мой внутренний навигатор не особо работает. А внешнего вообще не имеется. Где-то в Питере. Скорее всего. Но это не точно.

На том конце помолчали буквально секунду.

– Хорошо. Тогда сделайте вот что. Нужна кровь. Ваша. Достаточно несколько капель. Я сама Вас найду.

Все. Звонок оборвался и в трубке больше не было даже гудка. Я опять посмотрел на телефон с подозрением. Глюк или нет? Даже стукнул пару раз по автомату. Да вроде все реально.

Выбрался из будки и остановился, соображая, каким образом накапать её графской светлости кровушки. А главное – куда.

Посмотрел на медведя, который с довольной мордой устроился на моей руке.

– Говорят, нужна кровь. Подмогнешь?

Вообще, это было, типа, шутка. Но едва задал вопрос, кожу обожгло. Не болью. К боли я вроде не особо чувствителен. Просто обожгло. Будто кто-то невидимый полоснул острым скальпелем. Несколько крупных темно-бордовых капель скатились по ладони вниз и упали на землю. Я даже не смог толком понять, а где вообще появилась рана. Потому что раны, как бы, не было.

Кровь не успела впитаться в землю, я не успел прийти в себя от очередного фокуса, а совсем рядом что-то вдруг ухнуло, вздрогнуло, потом воздух слегка колыхнулся, будто его потянули в сторону, и прямо передо мной выскочила псина.

– Епте мать! – я метнулся к будке, от которой не отошел ещё слишком далеко, заскочил внутрь и закрыл дверь, вцепившись в неё обеими руками. Даже упёрся одной ногой, чтоб наверняка.

Просто собачка была особенная. Внешне она напоминала добермана. С одной лишь разницей. Её стоящие торчком уши горели. Без преувеличения. Реально горели.