Афина. Голос гнева

Ника скрипнула зубами и принялась за дело. Запах крови мог привлечь других хищников, так что работа шла споро. Освежеванное мощное тело Ника бросила на поляне, надеясь, что если кого и потревожили звуки и запахи, то он удовлетворится оставленным мясом и поленится идти за ней.

Шкура давила на плечи, пока Ника привязывала плотную веревку за низкое, но крепкое дерево, вцепившееся в каменистую почву. Редкий лес покрывал эту часть горной гряды, выше уходящей заснеженными вершинами в небеса — это плато было последней пригодной для охоты территорией, куда редкие умельцы еще могли забраться, миновав частокол из острых скал у самого подножья Драхуса.

Ника посмотрела вдаль, на город Паралия, видневшийся едва заметной точкой. Ее город, шесть лет назад захваченный. Отсюда казалось, что все, как обычно, что одаренные из технитов все еще тренируют свои голоса, меняя камни и дерево, превращая их в предметы искусства, строя дома и развивая науку, изучая то, что осталось от предков.

Порыв ветра заставил поежиться.

Ника делала это много раз. Иногда казалось, что она давно изучила все уступы, и могла спуститься с завязанными глазами — именно это сыграло с ней злую шутку.

Нога сорвалась, Ника дернулась, чувствуя, что закрепленная на спине шкура сползает набок. Налетевший порыв ветра качнул потерявшую опору женщину, и веревка, зацепившись об острые камни, лопнула.

***

Было больно. Ника отрыла глаза, пытаясь понять, где она, и что с ней произошло. Боль, казалось, охватила все ее тело. «Хорошо. Значит, жива», — подумала она, не торопясь шевелиться.

Если у нее сломаны кости, она обречена. Чудо, что вообще дышала. Ника сосредоточилась на том, как воздух входит в легкие, как расширяется грудная клетка и диафрагма, как потеплевший воздух выходит из носа.

Давным-давно она подавала надежды. Одаренная. Нику учили, как и прочих детей, контролю над связками и дыханием в надежде, что когда-нибудь она овладеет голосом и сумеет менять реальность с его помощью, развивая и создавая.

Надежды умерли, а навыки остались, и теперь Ника успокаивала свое сознание и тело. И первое, что она заметила — затхлость воздуха вокруг и отсутствие ветра.

Она рискнула открыть глаза. Вокруг царила темень. Ника моргнула, чуть шевельнула пальцами рук и ног. Болел копчик, болела ушибленная спина.