Глазами предков

– А если мне не удастся его расплавить?

– Продадим порезанные ломти, но тогда возникнут вопросы, почему размеры нестандартные и где остальные части. Вы попробуйте. У нас здесь три опоки. Егор Захарович за раз больше не плавил, а он считался средним «богатырём». Вам бы хотя бы один растопить, и то будет чудо.

Мысленно сконцентрировался и пустил пламя из обеих ладоней. Ну что сказать, получилось весьма неплохо и главное быстро. Никогда бы не подумал, что золото может пузыриться и булькать, как суп на печи.

Михей открыл пробковый краник, и расплавленный металл потёк в горловину, полностью заполняя форму. Завершив процедуру, он с удивлением посмотрел на меня. затем молча положил в воронку второй ломоть и подставил следующую опоку. После третьего бруска Михей положил в тигель четвёртый кусок, но я уточнил:

– А куда ты собираешься вливать золото?

– Простите, барин, задумался, – ответил он. – А смогли бы его расплавить?

– Ну да, только зачем?

– Это точно не артефакт?

– Да говорю же тебе, нет, это не артефакт!

– Ну не может быть такого! У вас сила «богатыря», а знаний с гулькин нос.

А руки не обжигает?

– Нет.

– А можете поставить стихийный доспех?

– Без защитного покрова? Я ж одежду сожгу!

– А если полностью раздеться? – предложил Михей.

– Стесняюсь.

– Полно вам, барин, я не девка, у меня жинка имеется.

– Да ну, не знал. Познакомишь?

– Так это ж Марфа.

– Вон оно как. Тогда понятно, почему ты за них заступился.

– Фрося хоть и сорока-трещотка, но тоже вроде нормальная баба.

– Ладно, но ты не смейся. Я слегка не в форме.

Снял с себя одежду и долго сомневался оставить ли трусы, но потом плюнул на приличия и полностью оголился. Михей мрачно поглядывал на выпирающие рёбрышки и изрёк:

– Ох, барин, надобно купить мяса и сальца побольше, а то по вам анатомию можно изучать. Строение скелета, – затем перевёл взгляд чуть ниже пупка и добавил: – И девку бы подыскать. Молодую да сочную. Я гляжу, вам есть чем её порадовать. Но попозже, а то Дуся смешливая, вдруг засмеёт ваши стати, а вы её поджарите.

– Какая Дуся?

– Дочка Фроси. Девка – огонь! Восемнадцати нет, а уже на мужиков поглядывает. Пороть её надобно, да некому. Ефросиния у нас вдовушка.

– Эй, ты вообще о чём? Женить меня вздумал?

– Да разве ж аристократ возьмёт замуж безродную. Но у Егора Захаровича должность имелась – постельничий. Глафира по ночам его грела, а как граф преставился, Борислав, будучи в гневе убил её огненным шаром.