Глазами предков

Пока Дмитрий Иванович успокаивал Иллариона, я дозвонился до статского советника и вкратце описал ситуацию. Тот уточнил модель и марку микроавтобуса и дал команду провести перехват. Как потом выяснилось, автомобиль нашли в одном из дворов, но на чём скрылись преступники, осталось загадкой. Сам Добрыня Мирославович в срочном порядке прибыл на место преступления и, не доходя до мёртвых тел, мрачно произнёс:

– Подавитель «Чёрная дыра» состоит из парных медальонов. Всё что попадает между частями, в ускоренном режиме теряет энергию, скопленную в колодце и каналах.

Тимофей, как тебе удалось остаться в сознании?

– Чудом. В глазах потемнело, а любые чары моментально пропадали. Но бандиты слишком расслабились, поэтому мне удалось отбиться.

Статский советник кивнул и, указав на трупы, произнёс:

– Нам нужен обычный человек, чтобы совместить части в единое целое. Любой дворянин или одарённый рискует получить иссушение колодца.

– Чем это чревато?

– Временной потерей сил. А если долго находиться под воздействием, можно скатиться с высоких уровней до состояния «новика».

Думаю, никому не хочется стать неодарённым. Теперь понятно, как убили дворянина в Каменке.

– Тоже ударили по голове и зарезали?

– Да. Видимо сработала эта же парочка, – проворчал Добрыня, указывая на мертвецов. – На вид обычные грабители. Интересно, откуда у них такой дорогой артефакт. Боря, принеси футляр.

Водитель статского советника пошёл к автомобилю тайной канцелярии, а я задал интересовавший меня вопрос:

– Так что там с поиском Константина?

– Ищем.

Тимофей, ничего не помнишь кроме имени похитителя?

– Крепкий атлет лет сорока по имени Аркадий Вениаминович. Наверное дворянин и чей-нибудь вассал. Если увижу, обязательно опознаю, но в Москве тысячи аристократов, а этот похож на телохранителя или особого порученца.

– Вениаминов не так уж много, – задумался Добрыня. – Знавал я одного такого. Муравьёв Вениамин Никитович. Но ему лет шестьдесят. Надо поднять архивы. Сейчас сделаю пару звонков…

Статский советник достал смартфон, а я наблюдал за тем, как молодой мужчина из обслуживающего персонала ристалища подошёл к трупам и, брезгливо поморщившись, снял с их шей медальоны, затем соединил их вместе и передал Боре.

Сколько помню водителя, тот оставался флегматичным практически в любой ситуации, и сейчас не проявил особых эмоций. Он положил артефакт в коробочку и спрятал в карман.

Мне стало интересно, а получится ли у меня просмотреть ауру Бориса.