Победитель дракона

Кажется, Львианна называла её Флориной? Или это уже другая сиделка? Ничего, со временем узнаем.

Да, сиделка, потому что Ваську «пробило» очнуться именно в тот момент, когда она поправляла ему подушку. И отреагировала она на открывшиеся глаза Букашкина совершенно по-женски: ахнула и бросилась к выходной двери.

- Великая Госпожа, ваш гость пришёл в себя.

Пока где-то в отдалении торопливо топали шаги хозяйки, сиделка стояла вполоборота к нему. Хм… И попка выпирает в меру, и грудь не обвисшая под собственным немаленьким весом.

«Интересно, а соски у неё тоже зелёные или… как у нормальных людей?», - мелькнула дурацкая мысль в голове Василия. Мысль-то дурацкая, а шевеление под простынёй в известном месте она вызвала вполне серьёзное. Или это была обыкновенная утренняя эрекция, никак не связанная с ещё не зародившимися мыслями о сексе?

Ураган, пронёсшийся по дому, замедлил движение на пороге комнаты, где отлёживался Василий, успевший осознать, что под простынёй он абсолютно голый (значит, его кто-то раздел и, скорее всего, смыл следы их с Львианной любовных приключений).

По комнате Львианна уже плыла с царственным величием.

- Как ты себя чувствуешь? – присела она на трёхногий табурет, стоящий подле кровати, и взяла его за руку.

Хочет казаться строгой, а глаза с тёмными от усталости кругами вокруг них, так и сияют счастьем. Эх, если бы знать, что такое будет продолжаться всю жизнь, Василий бы наверняка махнул рукой на все прелести холостяцкой жизни и, не раздумывая, помчался бы под венец.

- Нормально. Только не пойму, что со мной случилось.

- А что ты вообще помнишь из того, что было перед тем, как потерять сознание?

- Ну, как этого… Таллинуэля лучом перерезал, помню. Как с тебя защитное поле снял, помню… А потом – как в темноту провалился.

- Чудо, что ты вообще жив остался после всего, что там наделал, - снова повлажнели глаза Львианны.

Да что она за рёва-корова такая?

- Я, когда посчитала, сколько ты на всё это потратил энергии, чуть сума не сошла. В тебе же жизнь едва теплилась.

Теперь тебе два-три дня придётся отъедаться, чтобы восполнить утраченное.

- Мне бы сначала…

- Что?

- Где у тебя здесь туалет? – умоляюще глянул на хозяйку Василий.

Конечно, чувствовал он себя последней скотиной, прерывая возвышенные рассуждения великой колдуньи своей прозой жизни, но что ещё делать, если вот-вот взорвётся мочевой пузырь? Так и сорвался с постели, выслушав объяснения дороги. Едва успел чуть-чуть прикрыть вздыбленный срам.