Вар'Кай I: Cтарейший из рода

Они просто не знали, что он давно при мне, со времён похода в дикий лес за сатирами. Как не знали они и о том, что я сам мастер кулака из дома Вар’Кай, давно и прочно освоивший все доступные техники.

Впрочем, противник всё равно мог убить меня за счёт серьёзного преимущества в весе и физической силе. Он был выше и тяжелее меня.

Аристократы потянулись на улицу. Шушукались и смеялись, бросали на меня взгляды. Для них происходящее было развлечением, шоу. Предметом для обсуждений и настоящим событием, сплетни о котором разойдутся по всей стране.

Я уже собирался на выход, когда мне преградили путь мои самураи. Один из них, хотамото из старых гвардейцев Гора, стянул с себя шлем и сказал:

— Господин. Мы знаем Каосико Сиджу, он хороший боец. Вам не устоять в открытом бою. Позвольте мне убить его и понести наказание. Это предотвратит вашу дуэ...

— Как твоё имя воин?

— Янамото... господин.

Я мягко ему улыбнулся:

— Я ценю вашу верность и желание пожертвовать жизнью, но у меня на этот случай есть план.

Доверяйте своему господину. Я запрещаю вам вмешиваться.

Они поклонились и освободили дорогу, а я вышел на воздух. Над столицей простёрлась ночь. Стрекотали насекомые, гудящий гул голосов исходил от полупьяной толпы. Раздетый по пояс Каосико Сиджу, разминал крупные мышцы. Мужчина, атлет... против жилистого мальчишки.

Он тоже увидел меня и рассмеялся:

— Не стой столбом глупый трус. Откладывай меч и снимай кимоно, хочу вернуться к танцам как можно скорее!

Я спустился. Стало понятно, что он себя раззадоривает и пытается морально давить.

Слышал обо мне разное, но думает, что нет ещё дара и нет таких навыков как у него. Волнуется и мне, старику, это ясно.

Я передал меч своим телохранителям и остался стоять безучастный, отрешённый и молчаливый.

— Ты умрёшь за свои оскорбления!

Эта фраза меня позабавила. Играют на публику делая вид, что дуэль точно оправдана. А он тем временем прошёлся туда-сюда и снова выкрикнул:

— Чего стоишь?! Мы должны драться!

Я улыбнулся и начал смеяться.

Тихонько, но так что все слышали. Аристократы погрузились в молчание. Я подавил смех и продолжил смотреть на землю с улыбкой на склонённой голове.

Он бросился на меня борцовским приёмом, активировал дар, отчего пальцы обернулись огненными когтями в желании вот так, нахрапом, сломить и растерзать. И нужно признать он был быстр и крайне опасен. Но я был парящим листком, гонимым северным ветром.

Гудящие когти сверкнули, и медвежья хватка ухватила лишь воздух.