Вар'Кай I: Cтарейший из рода

Мерзкий комок глины, облепленный торчащими из него червями и ещё не бог весть чем, хаотично утыканный с разных сторон глазами, с чавканьем вылетел из тумана заставив акунари встать на дыбы.

Я узнал Рюку-Бо-Бо, часто изображаемого на гравюрах и свитках как принца червей, пожирателя грязи.

Но удар пришёлся не по нам, а по иллюзии, наведённой порошком ведьмы. Демон, а это был именно он, увидел нас в другом месте и проносясь мимо ухватил червеобразными щупальцами лишь воздух. А я только того и ждал. Осадил вставшего на дыб скакуна и спрыгнул, зная, что верховому победа не светит.

Демон больше не скрывался. Из его нутра с равной периодичностью исходил звук, напоминающий бой большого, боевого барабана дум-дум.

Буммм...

Буммм...

Буммм...

Лекур с криком убежал в чащу, скрываясь в тумане и спасая жизнь, а я разжёг голубое пламя на наконечнике копья, вытянувшись при этом за деревом. Под хруст опавших веток и раздавленных корней, шарообразное чудище развернулось и поспешило за верховым.

Он не видел меня в тумане и сама мысль о том, что я остался на скакуне, стала его погибелью.

Я метнул копьё в огромную тень, что неслась мимо, и огонёк тут же погас, погрузившись в грязь на свою длину наконечника. Полыхнуло и под последний удар барабана туман взорвался ослепительной вспышкой. Волна воздуха толкнула меня и сбила с ног. Я не ожидал ничего подобного. Рядом зашуршало, зачавкало и раскрыв глаза я понял, что мерзкие куски шевелящейся глины и червей падают неба. Рюку-Бо-Бо разорвало на куски, но он не погиб.

На моих глазах упавший между моих ног кусок глины вспучился и на его поверхности всплыл злобный глаз. Вскочив на ноги, я вдруг понял, что вся земля вокруг пришла в движение и наползает. Первой нахлынула дождевая вода, скрыв мои щиколотки. А затем и червивая земля, хлюпающая и зловонная.

Страх разогнал моё сердце, толкал и кричал в самое ухо «беги», но опыт многочисленных схваток удержал мои ноги на месте. А затем я вытащил вакидзаси, закрыл глаза и активировал дар.

Меч вошёл в землю беззвучно, в тот миг, когда грязь захлестнула колени.

Тысячей ртов завопил принц червей, прежде чем сгинуть.

Мокрый и грязный я выбрался из зловонной, покрытой инеем кучи. Очистил меч, отыскал шляпу и уселся под деревом. Сердце стучалось об рёбра как бешеное. Сколько бы ни было схваток, всегда повторялась одна и та же картина.