Вар'Кай I: Cтарейший из рода

И за каждую сломанную саблю надрезала кожу руки от локтя и выше, где красовалось уже восемнадцать заживших и заживающих ран.

Сегодня она ненавидела ещё и ярла, тупого недоноска Бёдвара, пусть будет проклято его жирное брюхо! Все его карлы перепились до состояния полнейшего отупения, и спали кто где, рискуя отморозить пальцы и собственные члены. Повезёт тем из них, что уснули внутри шатров и рядом с измученными, пленными и узкоглазыми бабами.

Последних, она тоже ненавидела. Скорее бы убила себя, чем дала с собой такое творить.

Порох, изобретённый в недрах архипелага тысячи черепов, и привезённый сюда, на большую землю, подарил им целый ряд лёгких побед. Он вонял и пропитывал своей вонью и без того просаленную во время плаванья, вонючую одежду, но был просто чудовищно хорош против стен и толп противника. Астрид даже пару раз снились сны, в которых она снова видела, как грохочут тяжёлые пушки отправляя в лавину несущейся конницы гроздья шрапнели. Воительница была уверена, что та, первая битва, в которой шрапнель отрывала ноги лошадям и превращала в кровавую муку части тел всадников, запомниться ей навсегда.

Они взрывали стены городов, топили корабли и обращали в бегство выживших превращая храбрецов в горы из трупов так долго, что утратили всякое подобие осторожности и дисциплины. Мёд и странные, местные вина текли рекой. Женщины и мужчины ублажали их тела и смазывали клинки под гогот пьяной толпы, а полные добра сундуки и целые толпы захваченных уходили с надзирателями к побережью, чтобы отправиться на их родину — архипелаг.

Но сегодня Астрид откровенно скучала. Ей выпало ох...

Меч со смешным названием «катана» пробил её макушку и заставил повалиться в натоптанный снег. Темнота у телеги шевельнулось и тело очередной охранницы было подхвачено за ноги и утянуто прочь со света полной луны.

Керо Вар’Кай, старейший из рода, был сегодня собой. Мстительным духом севера, прозванным на юге — чёрной слезой. Снег и холод помогали ему, там, где сапоги чужаков скрипели, его шаг оставался бесшумным.

Костры полевого лагеря из семи тысяч воинов были сокрыты сопкой, на вершине которой сохэй наблюдали приближение чужаков. И когда до тех оставались два дневных перехода, Керо Вар’Кай отправился в путь.

Он сделал это один, после продолжительной медитации.