Воля Мастера

Выражение лица, которое прежде всегда находилось в готовности прочитать лекцию, преобразилось в мягкой и скромной улыбке.

— У Вас так много свободного времени, чтобы беспокоиться обо мне?

По какой-то причине спокойствие вернулось к Мастеру. Неужели этого вопроса хватит, чтобы устранить беспокойство о ней?

— Ты права, — Загрос расслабленно покачал головой. — Раз ты говоришь, что все в порядке, значит, все в порядке. Я верю тебе.

София что-то быстро-быстро записала в конце тетради для заметок и посмотрела снова на него.

— Боюсь, Вы не в том положении, чтобы не верить мне.

— Да-да. София, что насчет рецептов комнат-ловушек?

— Могу ли я переписать их на отдельные листы? В тетради слишком много важных записей, чтобы просто отдать ее.

— Хорошо, — ответил Загрос. — Кстати, используй свободную эссенцию для новых казарм. Двух стало мало.

Детальное изучение Осквернителя стало пищей для размышлений: так как невозможно бесконечно создавать монстров, как еще можно использовать эссенцию для увеличения военной мощи подземелья? Правильно, улучшать само подземелье.

Портал запустился вновь, но не так ярко, потому что весь свет загородило огромное тело огра. Орки, что следовали за ним, присоединились к очереди, Бурго же заметил Мастера и поспешил к нему.

— Мастер!

— Как ты себя чувствуешь, Бурго?

Загрос почувствовал, будто этот вопрос в ближайшее время станет привычкой.

— Зашибись!

И Мастер, и София поморщились.

— София, это Бурго, Чемпион Подземелья, которого я недавно создал, — Загрос повернулся к туше огра. — Бурго, ты же знаешь ее?

— Это Начальница.

— Начальница?.. — спросила с интересом София.

— Да?.. — Бурго почесал голову.

Девушка вздохнула со смирением. Она явно ждала другого.

— Позвольте мне продолжить работу, иначе я тут до вечера простою.

Бурго попытался пройти в казармы через коридор, как привык, но ударился головой об потолок — огр согнулся и медленно исчез в темноте.

Обычно людей охватывает траур, когда их близкие или даже знакомые гибнут на войне. Они ждут пасмурной погоды, иногда яростных дождей или бушующего ветра, ведь так эмоциональный груз нашел бы поддержку в самом мире — но точно не мягкого солнца и чистой голубизны на небе. Спустя час после боя именно такая погода пришла в Уильгавен.