Оскал столицы (ПВ-3)

– Ты мне не сестра, – пьяно крикнул он в угаре, – дура! Лови его голову!

Шилнагаил широко размахнулся наверх и вниз мечом, словно проигрывающий хоккеист, заслышавший звук сирены окончания матча, решивший пробить по воротам – авось повезет. Из пасти пена белая бежит, глазенки выпученные, перегар, удушающим смогом, покрывает всё вокруг.

Я подождал пока рука его, ушедшая вверх, не замедлит свой ход, осторожно снял его ногу с себя, поднялся, отряхнулся.

– В ближайшее время его высочеству будет сильно плохо, – сообщил онемевшим от непонимания его собутыльникам.

В общем обращении шан к аристократам не было ничего обидного почти во всех контекстах, кроме дуэльного. Ты как бы на дуэль всегда знакомого тебе человека вызываешь. А если незнакомого – знакомишься. Представляешься, метешь шляпкой, если есть, изящными жестами. Мило просишь уточнить титул, на самый крайний случай, уже в ходе боя говоришь что-то «сейчас вас прирежет достойный сын славных родителей графа, барона таких-то».

Так что нежелание уточнить чужое имя\род, отделываясь простым шаном неприлично выглядит.

– Не, не, Джерк, – мотнула головой Аиша, – я первая. Отсчет на три, граф Фориндин. Откажешься – убью, а так сломаю всего лишь пару костей. Будет больно, но страдания учат. Даже твоя смерть может послужить уроком, но столь явной демонстрации необходимости хороших манер, я бы хотела избежать.

Шилнагаил выронил меч. Звякнув металлом, он чуть отскочил от гладких булыжников, лег на другую сторону, с лязгом ставя точку в моем противостоянии.

Гвел Фориндин, изрядно потеряв в здоровом цвете лица и градусе хмеля, поднял свою магическую палочку, он оказался магом огня. И на быстрые «три, два один» от Нира Грегорна, Аиша и полудурочный граф обменялись заклами.

В смысле на фаербол от графа принцесса ответила двумя кастами волны и водоворотом.

Первый снес вражеский фаербол, второй сбил следующее заклинание графа, а водоворот поднял графа на девять метров вверх. Ну, то есть поднял бы, Аиша заклинание после каста сразу развеяла, так что граф упал сравнительно невысоко: метров с четырех. Невезучий дуэлянт при этом что-то кричал, но естественно в водовороте ничего слышно не было. А после отмены мы услышали только быстро оборвавшийся «ааа» и шмяк тела об мостовую.