Боливар исекая (ПВ-1)

Королевский суд, конечно, был пристрастен. Конечно, брали взятки. Но одно дело – экономические тяжбы, другое – преступление против чести и жизни. Репутация – дело серьезное: отморозков не жаловали. Это прощай серьезные походы на монстров в нормальных командах, к условной партии во дворе его величества уже не примкнешь, дел с тобой иметь не будут, замуж хорошую дочку нормальный феодал не отдаст. Да и сам Шайред Четвертый регулярно королевский суд в Шайне и других городах посещал, бесправно судить при нем остерегались.

– Кая, – как мог убедительнее, спросил я, – ты точно этого хочешь? Или придумала чего, или подруженции подсказали, или повзрослеть за счет этого решила?

Её глазки слегка вильнули, отчего я почувствовал уверенность правильного пути.

– Думаешь я не хочу, – продолжил я, – ты коленкой-то своей ничего не чувствуешь?

Аисаки покраснела.

– Во-о-от, – сказал я, – и если ты сейчас не встанешь с меня, то я тебя так, этак и вот так затискаю, помну и заглажу, а потом кааак…

Кая опомнилась и резво вскочила с меня.

– Джерк, –просяще произнесла она, – ты же не будешь смотреть как я переодеваюсь?

– Нет, – с сожалением буркнул я, – настолько рад был тебя видеть, что встать пока не в состоянии.

Из-за дверцы послышалось хихиканье, возня, шуршание и другие приятные атрибуты, сопровождающие процессы облачения юных дев.

Из-за дверцы Аисаки вышла образцовым разведчиком. В жилетке, кожаных штанах, маскировочной накидке, с рюкзачком с креплением сзади для лука и тканевой бандане, с коротким фальшионом на перевязи за спиной. Тут нет никаких извращений – за спиной ей было удобнее транспортировать оружие, подходя к потенциально опасному месту Кая сдвигала перевязь так что меч перемещался на правое бедро.

– Закажу внизу нам завтрак – предупредила она меня, выжидающе смотря – кто последний, тот постель заправляет.

Я немедленно соскочил с кровати, сверкая белоснежными труселями с завязками, по типу того, что был у святого Себастиана с картины Мессины.

Почему-то визгов не было. Доблестно не обращая внимания на стоящую рядом Каю, я принялся пыхтя отжиматься от пола.

Рядом на пол упал медный ключик.

– И никаких безобразий в моей комнате, – бархатно сказала Аисаки, – закроешь за собой дверь.

«Было бы с кем безобразия проводить» – подумал я.