Гусары, молчать! Том 3

Он явно думал, что демонстрация силы и власти заставит остальных церковников считаться с его требованиями и мнением, но вышло наоборот.

Сход русской православной церкви не только не выразил своего уважения к действиям императора и его гвардии. Наоборот, «обнаглевшие попы» потребовали срочных объяснений и извинений.

Когда правитель Российской Империи решил пообщаться ещё и с этой мелочёвкой, то был неприятно удивлён наличию миллионной толпы под стенами Кремля. Люди требовали, чтобы их самодержец «не третировал служителей Господа на Земле».

Вот тут императору и задуматься пришлось. Либо пробираться вперёд, прокладывая себе кровавый путь через маячившую толпу, либо пытаться сделать красивую мину при плохой игре, соглашаясь на переговоры с синодом.

Первый вариант ему совсем не понравился. Эдак и до реального бунта можно дойти, где поднимут головы кланы, желающие укрепить свои позиции во время смуты. Этим только дай шанс, никогда не потеряют возможность ударить в спину.

Вот и пришлось идти на официальные уступки, переводя противостояние с церковью в закулисье. Таким образом, церковь из подшефного предприятия Романовых всего за пятьдесят лет умудрилась превратиться в мощную силу.

Понятное дело, что это императору не понравилось. Ни тому, что был, ни новому, ни следующему… Так дело и до Михаила Романова дошло, который, вот удивительно, продолжает быть недовольным церковью, поддерживая с ней вооруженный нейтралитет.

«Занятное чтиво», отложил я телефон в сторону. Понятно, что написано это сухим канцелярским языком. Кое-где, уверен, смазано в сторону имперского клана, а то какой-нибудь местный аналог РосКомНадзора может и по головке настучать. Но, в общем и целом, история полная.

Хорошо хоть, что церковники тут налоги платят. Причем весьма неплохие, судя по тому, что я вижу. В противном случае, думаю, императоры бы окончательно задавили столь крупное и своенравное предприятие по вытягиванию средств у населения.

Помогла мне чем-то эта информация? Естественно. Чем дальше держишься от церкви и всего, что с ней связано, тем лучше. Вряд ли у меня получится оказаться меж двух огней, уж слишком мелкая я фигура. Не, меня даже на шахматной доске нет, даже до пешки не дорос.

Есть просто момент, что со мной может произойти вообще всё, что угодно. Такое чувство, что это моё «Бедовый» предсказывает судьбу на весь остаток жизни.