Франт 4

Вот только наш чудик в трико и с плащом одно время работал на правительство США, тогда-то и столкнулся с Аненербе, а точнее с Вольфгангом Штейнглицем или Штиглицем, как-то так. Большим, короче, почитателем всевозможной оккультной дичи. Он-то и поделился своими злодейскими планами, когда решил поболтать над почти уже телом «поверженного» Либертимена, который тогда попросту воспользовался ситуацией и решил послушать «умного» человека. Ну и таким вот нехитрым образом, как можно догадаться, узнал от словоохотливого, а впоследствии и приконченного «колбасника», как Айзек для простоты именовал обладателя труднопроизносимой фамилии, об однажды вычитанном тем из какого-то древнего манускрипта ритуале посмертной страшной мести недругу.

Да-да, этот шальной ариец на полном серьёзе собирался принести себя в жертву ради дела рейха и наслать потустороннюю жуть на Рузвельта.

Согласен, кретин.

Короче говоря, именно данный ритуал и применил помирающий в своей вонючей норе Соулман, когда навестивший его после отравления Кисигава для верности еще и инъекцию какой-то забористой дряни вкатил, разумеется, как и положено злодейскому злодею, предварительно пафосно поделившись своими планами на будущее перед в очередной раз поверженным Либертименом.

В общем, я прибыл в этот мир, дабы отомстить коварному Кисигаве, как раз благодаря тому самого ритуалу и оказавшись в туше Соулмана, чью душу, кстати, на этот раз штатно высмыкнули, исключая повторение ситуации с Саниэлем Виленовичем Щереметьевым.

Чья душа, в свою очередь, по причине стечения ряда случайных обстоятельств не была тогда как положенно вырвана из тела и не пошла на оплату Системе, а задержалась пассажиром-попутчиком в приютившем меня теле эльфа. В итоге, правда, став моей наградой, ну и будучи впоследствии благополучно поглощенной вашим покорным слугой, а ныне демоном... Костей(скептически закатив глаза). Мда.

Но ничего, мы еще поглядим, что тут и у кого есть «вкусненького».

Так о чем это я? Ах да.

Надо эту тварь Кисигаву загандо... повергнуть уже.

— Кисигава, — ору я на «Японише», который, как оказалось, знаю, — готовься, гнида, ща я тебя убивать буду!

Извлекаю из мешка жезл и начинаю надиктовывать Астероид, чтобы уж им-то как следует и...

А хрен там! Ничего(сплюнув).

Жезл никак не реагирует ни на подаваемую по каналом энергию, ни на движения им, ни самое главное, на зачитываемую ключ-фразу. Плетение попросту не формируется.