Романовская Русь

За неспешным разговором Григорий поведал всем желающим как выглядел демон и какой величины были клыки и когти, Семен сам пару раз задавал вопросы свидетелю, прикидываясь при этом таким же простачком как и все остальные посетители. Но делал он это хитро, спрашивал все тоже самое, что спрашивали и до него, да слушал каждый раз все новые и новые сказки, что сказывал Гаврила. Не успела еще закончится вторая кружка пенного у пострадавшего от демонских проказ, как сам демон уже вырос раза в два, а его глаза стали гореть красным пламенем.

«Типичный пустомеля, спьяну почудилось, а может все сам придумал, вон как его здесь поют и кормят! Но все равно нужно проверить!» — подумал Семен.

— Всем разойтись! Сыскной приказ! — не сказать что крик Семена хоть как-то подействовал на зрителей, облепивших со всех сторон стол главного героя трактира, люди просто еще не успели познакомится с такой штукой как Сыскной приказ, да что там простые люди, среди других приказов мало кто знал о Сыскном приказе, в лучшем случае слышали его название, но даже не представляли чем он занимается и какие у него права.

Никто не среагировал на упоминание Сыскного приказа, никто кроме Гаврилы, за секунду протрезвевшего и успевшего дать деру! Только секунду назад он сидел за столом, но стоило Семену отвлечь внимание посетителей на себя, как тот сразу же испарился.

Именно в этот момент Семен придумал один из постулатов Сыскного приказа, который переживет сам Сыскной приказ и будет у служителей правопорядка актуален всегда: «Убегает — значит виновен!»

Расталкивая и раскидывая не успевших убраться с его пути посетителей он выбежал на улицу и споткнулся, полетев лицом в дорожную пыль.

— Да я! Найду -придушу! Демон не добил, так я этого ирода сгною, в холодной до конца дней закрою! — ругался себе под нос поддьячий, поднимаясь с земли.

Причиной его падения стал все тот же Гаврила, который далеко не убежал и мирно спал прямо на пороге, разлегшись во всю его длину.