Франт 3

— Чего ж замуж не взял тогда?

— Не помню, лапочка.

— Все вы одинаковые, — и ушла.

Одинаковые, кто ж спорит. Что-то меня и вправду качает. Видать, неплохо мне по голове прилетело.

— Угу.

— Я вот что не пойму, Сань, раз пулеметы винтовочного калибра, ну 7.62 в смысле...

— Третьдюймовки?

— Ага, они самые. Так вот, если у вас не используют их из-за малой эффективности против бронетехники, заменив на крупнокалиберные 12.7, полдюймовки которые, то где ж тогда эта ваша хваленая бронетехника? Которой, судя по всему, должны быть прям ОРДЫ, раз для борьбы с нею потребовались столь кардинальные изменения, а ее обилие должно было бы компенсировать утраченную плотность огня.

Чего ж солдатики у вас маршевыми ротами, вон, с одной лишь стрелковкой, пусть и самозарядной, в бой спешат пешкодралом, а не бронированным мотопехотным кулаком мчат под прикрытием брони, утыканной пулеметами? А? Чего молчишь?

— Не знаю(подавленно). Наверное, есть веские причины(раздраженно).

— Ага-ага. Вредительство и шпионы.

Стопудово. А кто у вас тут великий кормчий? Эльф во френче и с трубкой? Ау. Обиделся что ли?

Весь этот немного пугающий разговор с моей шизофренией происходил, пока я помогал оттащить убитых на обочину, где были сформированы похоронные команды, ну а раненных — на возы, где место освободилось. Мда.

Пусть атаку Коршуна, как называли бойцы тот летающий пепелац имперцев, и удалось сорвать, но этот урод всё же прошелся своими, столь не эффективными по мнению эльфийского руководства, третьдюймовыми пулями по запруженной дороге, вырвав из жизни некоторое количество как спешащих к фронту бойцов, так и ползущих в тыл ранбольных.

С нашей телеги мы потеряли и товарища пехотного поручика, который лежал рядом со мной, и того красноармейца, что метался в бреду на коленях политрука. Сам же он, получил еще одну пулю во вторую ногу, когда пытался прикрыть своим телом раненных и сейчас вновь перевязанный занял некогда мое место.

Соня, тем временем, металась между телегами, всеми силами помогая старому.

..

— Этому военврачу около ста пятидесяти, — подсказал Саниэль.

— Ага, — присвистнув, принял я к сведению.

Так вот, помогала она седовласому эльфу-очкарику с перемотанной головой. Который если и мог в своем состоянии что-либо предпринять по профессии, так это только отдавать указания рыжей, которая стала его «руками». Когда же всё кончилось, он потерял сознание и был размещен на лучшем месте одной из телег, чтобы мы продолжили свой путь.