Гром гремит дважды. Гамбит

На ладони лежала целая и невредимая фишка.

— Вот, возьмите оберег, — сказал я, протянув «фишку» учителю. — Мало ли, когда пригодится.

Улыбнувшись, Делун взял «фишку» и, повертев её между пальцами, спрятал где-то в складках одежды.

— Прекрасно, — сказал он. — Поздравляю, ты овладел техникой Зеркало Зла. Теперь придётся выделять время на её совершенствование.

Я напрягся, приготовившись к удару. Но Делун вдруг рассмеялся:

— Нет, Лей, я не стану бить ни тебя, ни себя — в зависимости от того, как успешно ты будешь применять технику.

Задача учителя сводится к помощи в раскрытии техники, а дальнейшее её оттачивание — уже задача ученика. Тот путь, который ты выбрал, таит множество опасностей. И у тебя будет множество возможностей отработать технику Зеркало Зла.

— И какой же путь я выбрал? — заинтересовался я.

— Путей не так уж много, и каждый избранник духа однажды совершает свой выбор. Ты свой сделал, возможно, ещё до рождения. Я увидел тебя уже идущим по этому пути.

— Попроще, пожалуйста, — попросил я. — Сделайте скидку на моё образование. Я всё-таки из школы Цюань, университетов не заканчивал.

Делун пожал плечами:

— Кто-то выбирает путь Воина, кто-то — путь Монаха, некоторым подходит путь Правителя, или путь Убийцы. Ты же твёрдо стоишь на пути Защитника.

— Защитника? Это что, быть телохранителем Юна — моё постоянное карьерное предписание, что ли?

— Я этого не говорил, Лей. Ты, возможно, ещё не осознаёшь себя, но всё впереди. Так уж сложилось, что ты пришёл в этот мир, чтобы защищать.

И если порой ты бежишь от этого, то лишь подтверждаешь мои слова. Плох тот человек, который ни разу не усомнился в избранном пути, ибо лишь из сомнений рождается уверенность.

Блеск. Очередной афоризм. Будь мне сейчас действительно столько лет, на сколько выгляжу — наверное, слушал бы, раскрыв рот, впитывая мудрость каждой клеточкой своего тела. Но я-взрослый лишь с досадой складывал информацию куда-то в дальний ящик памяти.

Жизнь научила меня ничего не забывать. Но она же научила и не проникаться высокопарными речами. Именно поэтому я не повёлся на разглагольствования Кузнецова тогда, когда он решил мне открыться.

Учитель, видимо, сообразил, что семена его красноречия падают на сухую, нераспаханную почву, и сменил пластинку. Заговорил коротко и конкретно:

— В зависимости от избранного пути, одни техники будут тебе доступны, другими ты не сможешь овладеть никогда.