Граф Лазарев. Том II

А вот добродушного деда, наоборот, видно не было.

Двух других членов Совета я не видел, но, очевидно, они тоже были здесь.

По мере того как ночь опускалась на поляну, веселье становилось все более разнузданным. Оборотни пили, ели и танцевали, к ногам соломенной богини летели цветы. Анна, устало взирая на все это мракобесие, отошла к краю поляны. Я двинулся было за ней, но меня перехватила девушка-оборотень.

Одетая в льняную блузу с глубоким вырезом, она подхватила меня под руку и закружила в танце. Какой-то не в меру смелый парень попытался пригласить Блэйд, но та сурово зыркнула на него, и вервольф убрался.

Я плясал в толпе, то кружась в хороводе, то сжимая в объятиях свою партнершу, то выплясывая какую-то безумную лезгинку. Наконец танец отнес нас к краю поляны, девушка ловко вывернулась из всеобщего безумия и поманила меня за собой.

Кое-где по кустам двигались темные силуэты и слышались стоны. Похоже, в местных обычаях было отмечать праздник плодородия, скажем так, тематически.

Во мне тут же всколыхнулись два противоречивых чувства: одно в голове, другое ниже пояса. Первое утверждало, что спать с волчицей противно человеческой природе и вообще у меня есть жена, а второе отметало все эти доводы как несущественные. Поняв, что скоро возбуждение безоговорочно захватит надо мной власть, я с трудом отстранил девушку.

— Слушай, не стоит.

— Почему? — игриво осведомилась она, продолжая жаться ко мне.

— Мы ведь друг друга совсем не знаем.

Девушка фыркнула.

— Это священная ночь! Праздник плодородия, жизни и любви. В эту ночь мы просто наслаждаемся тем, что богиня подарила нам еще один день, и стараемся прожить его с удовольствием. И не думаем о всякой ерунде. И ты не думай.

— Меня жена дома ждет, — покаялся я.

— И что? — искренне удивилась вервольф. — То, что случилось на Празднике Плодородия, ничего не значит.

Может, она и права. Возможно, мне и жить-то осталось десять дней, так зачем отказывать себе в удовольствии? И потом, где я еще пересплю с вервольфом? «Почувствуй себя Императором, Вик», — подумал я, освобождая девушку от одежды.

— Жена ничего не узнает. Ты же не думаешь, что я хочу жить с тобой долго и счастливо и завести волчат? — игриво спросила красотка, потянувшись к ремню моих брюк.

— Вот это вряд ли. Ты ж помрешь скоро, — вклинился Каладрий.