Гарри и За зеркальный мiръ

Пришедший же на зов тем временем огляделся, оценил обстановку и как-то будто бы с ленцой притопнул правой ногой, тем создавая радиус в двадцать метров, внутри которого погибли все, за исключением всё ещё держащих круговую оборону практически ещё детей. Все, кроме них, повинуясь его воле, моментально сгорели. Спичка, и та горит медленнее.

Естественно, что подобное вызвало у всех интерес, как у обороняющихся, так и у наступающих. Сошедшее, как позже расскажет ребятам Лин Син, буквально с небес ало-золотое сияние практически истаяло, и демоны, видимо решившие, что человеческий маг что-то эдакое применил, пошли в атаку по новой.

По-своему вполне справедливо командиры тварей понимали, что после такого на повторение потребуется время, и именно этим и хотели воспользоваться. Не допустить перегруппировки и восполнения сил, столь нагло уничтоживших их по-настоящему безценный обоз людишек.

Увы, но это не только не сработало, но в добавок ко всему ещё и разозлило явившегося на зов мальчика закованного в броню неизвестного.

На этот раз радиус был отнюдь не несколько метров, и этого оказалось достаточно.

— Не плачь, маленький, видишь, они уже уходят, — произнёс прикрывший на всякий случай прижавшегося к нему ребёнка своим правым крылом великан (рост прибывшего три целый и две десятых метра)

— Папа, — будто бы клещ, вцепившись в мужчину, вновь пробормотал Гарри.

— Всё будет хорошо, ты лучше скажи мне, как же так вышло, что ты тут оказался, это же не твой мiр?

— Зеркало, там…

— Понятно, зеркало нескольких мiров, — перехватывая всплывающую в голове мальчика цепочку образов, произнёс мужчина, — не переживай.

И, чуть отстранив от себя мальчика, внимательно его осмотрел.

— Ты архангел, да, я в книжке видел! — восхищённо произнёс смотрящий на белоснежные, выглядывающие из-под защиты перья ребёнок (Гарри говорит на английском, и остальные его не понимают).

— Да.

—А если я твой сын, то тогда у меня тоже. —Гарри посмотрел на прекрасные закованные в броню находящиеся за спиной спасшего их всех крылья.

— Если захочешь.

— Я…

— Не сможешь вернуться домой, прости, но тут даже я безсилен. Прошедшей путями мiров лишь ими же и может вернуться.

— Нет, я…

— Боишься? Вижу, не плачь, к тому же там, где ты родился, ты не сумел бы исполнить того, о чём ты небесному отцу пообещал.