Несокрушимый: академия Драконобоев

Да, бывший владелец этого тела тот еще оригинал. Кровать в углу не застелена. В шкафу одежда и стопки книг, много-много. Он что, хотел стать гребаным профессором и преподавать в университете? Тогда папаша воевода, как я помню, имеющий довольно крутой нрав, точно надавал бы ему оплеух.

Единственное, чего я здесь не нашел, так это спортивных тренажеров и принадлежностей для боевых искусств, вроде перчаток и шлемов. Со спортом предыдущий Бронислав совсем не дружил.

А мне сейчас надо усиленно тренироваться, чтобы восстановить энергию пси и подготовиться к учебе.

Раны и синяки на голове, руках и туловище быстро заживали. Головокружение прекратилось и стул у меня, пардон, тоже нормализовался. Значит, внутренние органы тоже начали восстанавливаться.

Приняв душ, я отправился трапезничать. Меня позвал старый слуга. Помнится, его звали Феофан. Дядька Феофан.

— А где батя? — спросил я, входя в столовую. — Без него будем трапезничать?

За столом сидели только мать и сестра. Столовые приборы из серебра, фарфоровые тарелки.

Свет приглушенный, баба Нина, наша кухарка, подавала блюда. Увидев меня, старушка вытерла слезы и поцеловала меня в лоб, прошептав: «Ишь как отделали тебя, соколик ты мой!».

— Отец сегодня будет поздно, — сказала мать, подождала, пока я усядусь и принялась за суп. — Приятного аппетита, дети.

Еда здесь чертовски вкусная. Мы там, на Кирке, не сказать, чтобы голодали, но зачастую питались синтетической пищей. А это, по большей части, просто порошок или бесцветная паста. Употреблять в пищу представителей местной фауны не рекомендовалось, они почти все ядовитые.

Зато здесь все натуральное. Отведав мяса с жареной картошкой на второе и пирожков, я долго не мог решить, что на этой планете лучше, женщины или пища. Потом решил, что и то, и другое достойно восхищения и удачно дополняет друг друга.

От десерта я и вовсе не мог оторваться. Мне вообще надо как можно больше заправиться. Я хотел начать тренировки уже сегодня ночью и мне потребуется много топлива.

— У тебя отличный аппетит, это хорошо, — одобрительно заметила мать.

— Значит, идешь на поправку.

В итоге, я так набил брюхо, что едва мог двигаться. Пробормотал «Благодарствую», как здесь принято и вперевалку отправился в свою комнату, переваривать пищу. При этом сыто рыгнул, чем привел в изумление бабу Нину и мать, а сестра громко засмеялась.

В комнате я завалился на кровать и заснул до самого вечера. Напоследок перед сном отправил жалкие крохи энергии на восстановление организма.