Открывашка и пробой

Куда-то не туда мысли свернули, а значит нужно выкинуть Валю из головы и идти тусоваться с новым другом.

Выбравшись на крылечко, улыбнулся согревшим синяк солнечным лучам. Сидящий на крылечке Алексей поднялся на ноги и не стал перепрыгивать через забор, позволив мне выпустить его со двора через калитку.

Молодец какой – не выпендривается.

- А ты слышишь, что в домах происходит? – решил я изучить оборотней поподробней.

- Не, у нас стены толстые строят, - покачал он головой. – Из окон немножко слышно, но о важном около окна у нас никто не разговаривает, - помявшись, он признался.

– Я вашу ругань с Валей слышал. Она не девять раз из десяти меня побеждает, а восемь! – гордо поднял вверх подбородок. – Потому что старше на два года, и боевой массы у нее на пятнадцать килограммов больше!

- «Боевая масса» - это в другой форме? – уточнил я.

- В ней, - подтвердил он.

- А откуда масса при трансформации берется?

- Фиг его знает, - пожал плечами Лёха. – Мне надо домой зайти, переодеться и портфель положить.

- Идем, - мне было все равно.

Пацан повел меня направо. Очень удачно, потому что здесь я еще не был. Вдоль дороги тянулись окруженные заборами дома, в палисадниках наливались соками ранетки, сливы, крыжовник, смородина, жимолость, ирга, облепиха – словом все, что комфортно чувствует себя в местном климате. Конкретно у нас растут ранетка и слива, а в огороде, за дровяным сараем, я сегодня нашел два куста смородины и облепиху. Последнюю собирать прямо не хочу – ягоды мелкие и защищаются шипами.

- Ты не подумай, что все оборотни такие, как Валя, - испытал он потребность оправдаться. – Просто у нее…

- Мама на глазах погибла, из прошлой школы выгнали, обычные люди вас не любят, а теперь еще и приказ о пятнадцати годах службы, - перебил я.

- Да, - кивнул Лёха. – А ты откуда знаешь? Сама она точно не расскажет.

- Константин Викторович приходил вчера, - не стал я скрывать.

- То-то я думаю ты ничему не удивляешься! – хохотнул он и возмутился.

– Ей – плохо, а нам разве легко? Я же на других не срываюсь, - приосанился и выпятил грудь. – Я – воин и мужик! Я бы и без нового закона в армию пошел, с жуками драться – мне для того сила и дана! – спохватившись, застенчиво спросил. – А ты меня не боишься?

- Не-а, - честно признался я.

- И Вальку не боишься? – посмотрел он на меня с уважением.

- Поначалу боялся, - кивнул я. – Но теперь – как отрезало.

- Мужик! – одобрил он.