Демон рода Орловых

После такого жара останется лишь шлаки и зола, из которых даже суперэксперт не сможет ничего наковырять.

Бабку со скамейки как ветром сдуло, что было мне на руку – я сильно опаздывал и мне было некогда продолжать шпионские игрища. Тем более, что ехать мне надо было на другой конец города.

***

– Едут! Едут! – кричали облепившие фонарные столбы мальчишки.

– Едут, – пронеслось по выстроившейся вдоль Невского толпе. Причем состояла она в основном из дам разного возраста. От юных дев в строгих серых нарядах лицеисток, до почтенных, густо напомаженных матрон в роскошных платьях, прикрывавшихся от утреннего солнца кружевными зонтиками.

Из их уст «едут» звучало с придыханием и нетерпеливым ожиданием.

Откуда-то издалека раздались звуки парадного марша. Но зеваки оркестра с начищенными до зеркального блеска медными трубами и тарелками не дождались. Все-таки сегодня не парад проводился, а всего лишь Первый Кирасирский возвращался на место постоянной дислокации. Поэтому по улице катил шестиколесный броневик, увешанный громкоговорителями, из которых и гремела бравурная музыка.

А уже за ним…

– Ураааа! – взорвалась восторженным криком толпа.

А восторгаться было чем. В полуметре над асфальтом неслись «Рысаки», этакие бронированные мотоциклы без колес. Защитные пластины машин были покрыты позолотой и красно-синей эмалью. Закованные от пяток и до макушек в золоченную же броню всадники «Рысаков» напоминали средневековых рыцарей. Может именно поэтому Первый Кирасирский Полк был так популярен у барышень? Пиры, барды, турниры, выбор дамы сердца и вся остальная романтическая чепуха так и реяла вокруг кирасиров.

Но я пришел ранним утром на проспект не затем, чтобы любоваться на золотых всадников. Их доспехи были адаптивными и могли окрашиваться в любой цвет идеально маскируясь под местность и окружение, но показушники-кирасиры всегда на парадах выбирали золото. И одним из них был мой брат. Мой старший брат Илья.

Лица всадников скрывали глухие шлемы, поэтому наша встреча зависела от того, сможет ли он увидеть меня.

Как назло, кирасиры решили устроить для почтенной публики небольшое представление. Прямо на ходу, не притормаживая, восемь всадников пустили «Рысаков» по кругу и застыли, образовав кольцо. На которое лихо заскочила четверка, а сверху еще пара, и наконец, по застывшим машинам взлетел последний всадник. Взлетел и застыл неподвижной статуей, салютуя вскинутой вверх саблей.