Элитный попаданец Угрюмый и фанат исекая Сасори

Монашка вздохнула с облегчением, но напряжение в мыслях все еще оставалось:

— Так для него будет лучше. Все же, я давно подозревала, что Молтриг нарочно умирает. Однако, я не думала, что это будет из-за желания со мной встречаться...

— На что только не пойдут ради любви. — Усмехнулся Угрюмый. — По хорошему, вам нужно было набраться решимости и отчитать его самой. Дело слишком затянулось.

— Это не так уж и легко ругать подчиненных! Особенно когда я тоже виновата, не увидев причину сразу. Все мои держатели знают, что он не безнадежен, но из-за его поведения все боятся брать его в свой мир.

— Ну, пожалуй что так. Это уже не ваши заботы, а заботы другого связного. К слову, говорят, тот мужик к которому отправили Молтрига отличный тренер с щадящей программой тренировок , так что, вы его отдали ещё в хорошие руки.

— Надеюсь, его талант проявится... Благодарю за твою помощь, как и договаривались – еда твоя.

— Выражаю величайшую благодарность за еду! — Сказал Угрюмый, перед тем как его нос заполнился запахом шашлыка приготовленных на дровах березы и пропитанные сочнейшим маринадом, который слабой оболочкой оставался на поверхности мяса.

Вкусив кусочек высококачественной части баранины, рот наполнился его соком со специями маринада. Текстура была мягкой и сочной, казалось, что этот шашлык можно пить.

Прожевав первую пробу, на глазах угрюмого полились слезы счастья.

— Неужели вкус настолько сильный? — Спросила Шая, наблюдая за тем, как на тарелку капали слезы и слюни Угрюмого, руки которого дрожали от напряжения, чтобы не съесть еду слишком быстро и как можно дольше растягивая удовольствие.

— Госпожа Шая, еда великого бога Валдиса Викманиса наивысший дар всего сущего во всех мирах! Вкусив единожды, жизнь более не будет прежней! Все настолько серьезно, что на этой крышке установлен специальный барьер не дающий почувствовать запах этой пищи никому, кроме открывшего его.

— О, так вот почему нет запаха.

— Хотите кусочек?

Шая посмотрела на услужливой лицо Угрюмого, и на еду что он предлагал:

— Нет, спасибо, это блюдо полностью твое, к тому же, учитывая твою плотность души, я вряд ли смогу пробить твой тройной барьер, который ты только что поставил, даже если воспользуюсь своим предметом памяти.