Мироходец. Вторая жизнь.

Скрип останавливающейся телеги заставил проснуться почти всех, только старик, сидевший в положении медитации остался неподвижен, — Приехали? Каллен возбудился и засуетился по клетке пытаясь найти хоть одно отверстие, для просмотра, ага конечно,… ищи дальше тут нам только на голую землю смотреть и то немного увидим.

Слышать это другое я отчётливо уловил звук, стука копыт одна из лошадей идущих позади, отрапортовала лёгкий такт трусцы и гордой походкой двинулась куда-то вперёд.

Через пару мгновений, пахнуло серой, в нос ударил едкий трупный запах, ни разу не чувствовал его до этого момента, но ассоциации были именно такие.

Застучали барабаны, и недалеко послышался тугой скрип. – Ворота открывают прокомментировал Каллен. Проницательности и дедукции у парня не занимать.

Куда же нас привезли? И тут с нас сняли скрывающие нас от солнца полотно, казалось, что изнутри его невозможно сорвать, но надежды юношей питают. Я огляделся, высунув голову в промежутке между прутьев, небо было чистое, только начинало вечереть, но обзор от этого хуже не стал, — Атас! Тихо за спиной негромко прошептала Девушка, я лишь тихо икнул, а моё сердце медленно сползло по стене и начало строить укрепительный барьер, дабы сохранить свою жизнь.

Сопротивляться буду даже с бритвой на горле, но стоит ли оно того.

- Нечего себе её отстроили, прокомментировал, молчавший до этого Каллен. – Это что за хрень, теперь наступила моя очередь выступать в роли оратора. Наша импровизированная тюрьма спускалась со склона, прямиком в огромные ворота? Что-то они мне напоминают? Вот только не могу понять, что именно, подъехав ближе, я смог разглядеть то что, сильно цеплялось за взгляд, вход был выполнен в виде огромной костяной пасти, с массивными словно только что наточенными клыками, дизайн из современных игр плачет, стирая скупую слезу, а дизайнеры глотают вкусную витамину ввиду отличной идеи.

Территория массивного замка была окружена массивным частоколом, вытянутые башни, окружали подвешенные и пустые клетки, вдоль всей стены горели десятки огней от факелов, ещё было не сильно темно, но их свет отчётливо бил в глаза десяткам светлячков, я насчитал около семи высоких платформ на массивных колоннах, чем-то отдалённо они напоминали воробьиные гнёзда, вот откуда, взялось столь неприметное на вид название.

Удивлялся не только я, Каллен потрагивал, озираясь по сторонам, и крутя головой, словно юла поймавшая ритм движения балерины в большом театре.