Выживший-10: Рассвет. Том 2

— Неплохо отбились, — выдохнул капитан. — Вторую волну точно выдержим, — добавил он, глядя на меня.

Я лишь молча указал на север — может быть, Анарей еще не видел, но оттуда на нас выдвигались камнеметные машины.

Глава 8. Дерево и камень

Второе впечатление от огромных камнеметных машин было куда более... проникающим, нежели первое. Ведь теперь я чувствовал, что камень, пущенный с треугольника, что был собран из бревен, обмотан веревками там, где не хватило металла и для пущей «важности» поставленный на платформу, может прилететь мне в голову.

Или, что ничуть не лучше, камень может разломить ударом бревно подо много. Башня рухнет, меня завалит обломками — и хорошо, если я погибну сразу. А ведь можно и пострадать, если только зажмет.

Пока идет битва, меня искать никто не будет. Найдут потом. И то, если своих выживет достаточно, чтобы решать не только насущные задачи, но и мной заниматься. Так что мурашки по спине бегали еще только я завидел машины.

Их было всего две.

Но каждая смотрелась весьма внушительно, причем не только собственным видом, но еще и двумя тройками лошадей, которые эти самые машины тянули. То есть, к каждой машине было по две тройки лошадей — огромная сила, учитывая, что пара лошадей у меня без особого труда тягала лес и булыжник в немалом количестве.

Здесь же была конструкция явно более массивная, прочная и... старая. Чем больше я смотрел, тем интереснее становилось. Даже страх как-то отошел в сторону.

Во-первых, старость конструкции — потемневшие бревна.

Ни одной светлой полосы — вероятно, это даже к лучшему, потому что конструкция устоявшаяся, проверенная, прочная.

Во-вторых, местами ее стягивали металлические полосы, обручи, а где-то и плетеные канаты. Буквально плетеные, из нескольких нитей, правда, довольно толстых.

Хорошая старая конструкция, которая должна быть умеренно пружинящей и прочной... тут мои мысли запнулись. Пружинящие и прочные? Попахивало физикой, а физика была...Я помотал головой — сколько я уже хотел заняться выяснением обстоятельств потери памяти и выправить все, что когда-то помнил? А все без толку.

Но зато можно было, как бы безумно это не звучало, восхищаться машинами, инженерией!

В профиль это были огромные буквы А, чуть наклоненные в сторону. Точнее, заваленные внутрь и наклоненные вперед. Распорки между основаниями рамы были вмонтированы жестко — бревна толщиной не меньше, чем с мою ногу, крепились в металл.