Императорский отбор

— Убить всегда успеем, — разбойник хлопнул по плечу подельника, что до сих пор молча стоял справа. — Займись им. Сдается мне, господин что-то недоговаривает.

Правый спешился и на ходу достал из-за голенища похожий на иглу стилет. Я попытался попятиться, но меня быстро схватили за грудки и оторвали от земли, а ледяное острие легло прямо на скулу.

— Ухо или глаз? — хриплым басом донеслось из тьмы под накидкой.

Я облизнул пересохшие губы, пытаясь в экстренном порядке придумать путь к отступлению. Нож тем временем подбирался все ближе к веку, мотор пустился в пляс, мысли спутались, а от гейзеров адреналина задрожала каждая клеточка тела.

И надежда полностью оправдалась. Лучи ударили такие, что я на миг увидел очертания лохматых голов сквозь ткань. Всадники зашипели и склонили головы, я же оттолкнул палача на расстояние удара и со свистом обрушил кулак точно в челюсть.

— Стой, дурак!

Я замер, потому что голос вне всяких сомнений принадлежал ее высочеству. Но где же она? В поле никого, у кромки леса — тоже. Минуточку... Навел фонарик на сидящего «охотника» и увидел бледное личико в обрамлении растрепавшихся смоляных локонов. «Клирики» тоже спешились, сбросили маскарад и теперь залечивали слегка обожженные физиономии, с ненавистью поглядывая в мою сторону.

Тут уж подтянулась и свита, что стояла в лесу, точно засадный полк в ожидании развязки. Но вместо заготовленных издевок и шуток бросилась на помощь императорской дочке. Я сделал то же самое, потому что пранк явно вышел из-под контроля и кто знал, какие последствия ждали за то, что попортил моськи двум придворным и зарядил хуком самой цесаревне.

— Вы в порядке?

— Идиот... — Анхальт пошевелила челюсть рукой, убедилась, что все в порядке, и сплюнула.

— Сами виноваты. Нечего было устраивать цирк.

— Кто ж знал, что ты такой бешеный?

— А что мне оставалось делать? На коленях перед вами ползать и молить о пощаде? Радуйтесь, что колдовать не умею толком, а то бы башку на хрен снес!

— Да ты об этом только и мечтаешь! — в гневе выпалила девушка. — Такие как ты не меняются. Можешь говорить что угодно, но раз родился клириком — клириком и подохнешь!

— Анна, я...