Императорский отбор

— Прикрой дверь, — попросил охранника, и бедолага вздрогнула всем телом, а затем попыталась стянуть с плечика бретельку сарафана — мол, раньше начнем, быстрее закончим.

— А ты стой, — поднял руку. — И говори тише. Никто тебя не обидит, я лишь хочу задать несколько вопросов. Ты меня поняла?

— Д-да, батюшка, — крестьянка покраснела так, словно ей щеки свеклой натерли.

— Скажи, с вами хорошо обращаются? Не бьют почем зря? Не мучают?

— Н-нет-нет, батюшка.

Тем не менее, я не услышал ни намека на праведный гнев — как это так вы на нашего благодетеля разговариваете? Да он у нас самый лучший и добрый, а вы в таких грехах подозреваете.

Зато отчетливо проступил испуг и нежелание продолжать разговор. Скулы вновь побледнели, пальцы намертво впились в волосы, а глаза теперь таращились только на носки лаптей и никуда больше.

— Ты уверена?

— Да, ваше сиятельство. У нас все хорошо.

— Карина, — склонился к служанке. — Сделай одолжение — допроси ее гипнозом.

— Не могу, — неожиданно отозвалась та.

— С чего вдруг? Мана кончилась? Если что — можешь меня куснуть немножко. Ради такого дела пары глотков не пожалею.

— Господин Титов, — в тоне скользнул замогильный холод. — Я настоятельно рекомендую вам даже не заикаться впредь ни о чем подобном. Вы сказали, что хотите стать адвокатом, но при том предложили нарушить два самых суровых закона империи. Я сделаю вид, что виной вашей бестактности — искреннее желание помочь, и пропущу все мимо ушей. Понимаю, что вы из медвежьего угла и плохо учитесь, но применять гипноз без особого распоряжения — страшнейшее преступление.

Про питье крови — пусть и добровольное — вообще молчу.

— То есть, вообще никак? — поежился после такой отповеди, но решил идти до конца.

— Господин Титов, — горничная обнажила клыки в надменной ухмылке. — Вы мне, конечно, нравитесь, но не настолько, чтобы ради ваших прихотей отправиться «на солнце».

Я вздохнул и отстранился. Действительно, кто я такой, чтобы рисковать жизнью — да не простой, а вечной.

Но отступать так быстро не хотелось — мало ли, еще доложит Анхальту, что женишок дает заднюю при первой же трудности. За такого и обычную девушку не отдадут, что уж говорить о принцессе. Хорошо будет наследник престола, если не умеет идти до конца и добиваться поставленных целей.

— Как тебя зовут? — с учтивой улыбкой обратился к селянке.

— Маша, ваше сиятельство.

— Послушай, Маша — и послушай очень внимательно, — подался вперед и сцепил пальцы в замок.