Императорский отбор

В мои обязанности не входит выгораживать вас перед родней, так что постарайтесь не распространяться об этом.

— И тем не менее, вы мне помогаете. Почему?

— Честно?

— Я лежу перед вами связанный и без трусов. Думаю, вы можете быть со мной предельно откровенны.

— Вы не похожи на типичного дворянина. Вы просты и открыты, но в то же время знаете себе цену. Порой ваша манера говорить больше подходит мещанину или простолюдину, но ваши действия и решения не оставляют сомнений в благородстве. Вас не смущает общение с прислугой и вам не чужды сострадание и щедрость.

Вы сдержаны, почтительны и пикантно шутите, но при том не пошлите и не распускаете руки. А еще у вас эрекция.

— Уверяю, это не от ваших слов. Я люблю похвалу, но не настолько.

— Простите, — Карина тихонько рассмеялась в ладонь.

— Нет, это вы простите.

— Право, не стоит извиняться. Молодой организм, интимная обстановка. Если хотите — помогу избавиться от этой оказии.

— Надеюсь не так, как я подумал?

Девушка снова хихикнула.

— Нет. Просто перегоню кровь в более подходящее место.

А теперь прекратите меня смешить — и сами не смейтесь. У вас серьезные травмы диафрагмы и трещины в ребрах. Я использую вашу же жизненную силу для ускоренной регенерации. Поначалу может показаться, что у вас остановилось сердце, однако не волнуйтесь, это просто побочный эффект.

Она возложила ладони мне на грудь, и мотор дернуло так, что без ремней я бы точно вскочил с кровати. Однако двинуться мне никто не позволил — изящные ручки давили прессом, а конечности вскоре вовсе онемели до состояния полупаралича.

От аритмии сбилось дыхание и прошиб холодный пот, а страх надвигающегося инфаркта разогнал кровь еще быстрее.

— Что-то мне... нехорошо.

— Успокойтесь, все в порядке.

На порядок это походило меньше всего. Боль усилилась, а страх перерос в панику. Не настолько я хорошо знаю рыженькую, чтобы полностью доверить ей жизнь. И не настолько сильно меня отделали, чтобы подвергать себя риску таким «лечением».

— Хватит...

— Я почти закончила.

..

Похоже, закончить она решила с моим бренным существованием. Паника сменилась агонией, я закричал и дернулся, как муха в паутине, и в этот миг из ладони ударил ослепительный столб света и вмиг пережег ремень. Карина отшатнулась и врезалась спиной в шкаф, я же почуял долгожданную свободу и выпрямился, но свет при том не погас и оставил на стене и потолке закопченный след.

Когда колокольный гул стих, я услышал в коридоре частые шаги — кто-то бежал к нашей комнате.