Трудоголик - 2

Просто повидала немало такого в жизни, что совсем нелегко забыть, оттого неохотно доверяет людям. Загляните вот сюда — это наш небольшой зоопарк, здесь мы содержим животных.

Он загнул в сторону приземистой постройки, стоявшей на тропинке к пристани. Приоткрыл дверцу — я вспомнил очень похожий момент, когда Улша Гебуц, комендант Теньгорода, демонстрировал своё поместье. Внутри слышались крики обезьян — в достаточно тесных клетках я увидел двух шимпанзе, одного капуцина и одно существо похожее на них лишь весьма отдалённо.

С синей шерстью и большим хохолком, размером с крупную собаку, оно явно было местным — об этом говорили четыре руки. Что-то отдалённое в нём было от скра, что-то — от форсти, лесовиков, но низкий лоб, большие клыки и абсолютное отсутствие эмоций на лице выдавали в нём какую-то переходную разумную форму. Это мне показалось логичным. Раз есть человекообразные обезьяны, то должны быть и скра-образные...

— Бормотун хохлатый, — пояснил Джереми. — Зовут Бобби. Вымирающий вид! Пойдёмте вон туда, хочу показать вам свою яхту.

Четырёхрукий бабуин грустно посмотрел мне на прощанье. Мы направились к пристани, двое матросов как раз грузили внутрь какие-то ящики. Поднялись на белоснежную, покрытую пластиком палубу — на флайбридже был крытый тент с диванами, за ним лежали рыбацкие принадлежности и разная утварь. Мы поднялись и заглянули внутрь — на первой палубе была просторная гостиная с кухонной зоной, ниже виднелся спуск на нижнюю палубу со спальной зоной с огромной кроватью.

— Полная реплика «Принцессы 85» две тысяча двадцать пятого года! Пройдёмте дальше!

Я остановился у входа, потрогал дверной косяк.

— Зачем вам яхта? Я так понимаю, вы далеко всё равно не уплывёте? И разве можно светить такую технологию у местных?

— О, почему же. Я обожаю плавать среди айсбергов. Иногда заплываю пару рыбацких деревень гмонни к северу отсюда, сделав иллюзию у лодки — я договорился с Халибом, и в случае чего почистим им мозги.

Тут мой взгляд упал на прямоугольный плоский предмет, стоявший в гостиной напротив стола, и я вздрогнул.

Это был самый настоящий телевизор Sony — жидкокристаллический, дюймов шестьдесят по диагонали, с пультом, лежащим на полочке перед ним.

— Нихрена ж себе! — воскликнул я. — Это ж...

Я подошёл и попытался взять пульт — но не получилось. Пластиковая поверхность пульта была вморожена в полочку, слита с ней, как бывает у плохо прорисованных объектов в компьютерных играх. Джереми заспешил за мной.