Франт

Мне, некогда «смерти с небес». Мне, который, мало чего видя на поверхности и работая преимущественно по целеуказанию, вместе с «бармалеями» мог легко накрыть как некомбатантов, так и своих зацепить. Но нытиком я никогда не был, хоть и бесчувственной скотиной также не являлся, да и дурачком, пребывающим в плену иллюзий, меня трудно назвать, поэтому осознавал куда может лететь посылаемая мною смерть. Но это не значит, что мне это могло нравиться.

Что ж, как видно, в долине приключилась беда и, похоже, к виновнику произошедшего, кто знает сколько лет назад, я как раз и направляюсь.

И да, я уже не воспринимаю всё окружающее как некую игру и искусственную локацию. Не позволяет мне мой разум воспринимать всё меня сейчас окружающее как нечто ненастоящее. Но я могу и ошибаться. Магия ж(сплюнув).

— Какое скотство! — когда отсек очередную голову подобравшегося вяленного громилы, не держал я рвущегося негодование, видя в этом куске бурой иссушенной плоти на могучем костяке чьего-то отца, брата, сына или верного товарища.

Нет. Не дело это. Стоит воспринимать их как нечто противоестественное и опасное. Не знаю, заразны ли они, но условимся так, что это уже давно не те, кем были, а уничтожение данных порождений лишь окажет им честь. Ну и мир очистит от скверны, заодно.

Накручивая себя такими вот паладинскими лозунгами, я решительно двинул к толпе из около десятка ковылявших ко мне зомби.

Мои охотничьи камушки были выброшены, вместе с помыслами о плотном ужине, ведь там-то был уже вечер, не смотря на полдень здесь. Водные же процедуры уже не воспринимались чем-то первоочередным. Не время вам этому!

Я рубил. Я упокоивал. Я был словно сама смерть. Ловкий, быстрый, неумолимый и эффективный.

Мда. Ну еще бы, на фоне-то хромых и всего лишь ходячих зомби. Бегать-то и прыгать они не умели, хотя их диссонирующая с обликом пластика вполне это позволяла. Да и полное отсутствие не то что организации, взаимодействия или согласованности, а хотя бы элементарной осмысленности в действиях — просто-напросто вылились в напрочь бестолковую возню и толкотню снующей туда-сюда мертвечины. Что и играло мне на руку.