Меншиков

Но мальчишка в чине майора дул губы и важно кивал, позевывая в уме.

Такие заезды бывали уже не раз, но сейчас все будет несколько иначе.

Майор не стал утруждать свои телеса ночевкой в казенной избе, а после смотра и обеда отбыл в апартаменты в Торжке. Городок был очень мал и, конечно же, даже самые лучшие апартаменты, кои он мог предоставить, не шли ни в какое сравнение с выделенным ему для проживания дедом Ивана Михайловича домом в Твери.

Граф Иван Михайлович Маресьев сладко зевнул, и хотел было приложиться к подушке, как в дверь нерешительно постучали.

– Ваше высокоблагородие… к вам тут… значится… пришли, – промямлил верный Демьян.

Пришли?

Иван взглянул за окошко. Солнце только что закатилось. На сегодня пришлось столько дел, что единственным его желанием было улечься и уснуть.

– Гони их к черту, Демьян. Все завтр…

Договорить он не успел. Засов на двери вдруг сам собой отодвинулся, а двойной крест на шее майора, он же подаренный дедом сильнейший защитный артефакт, раскалился так, что обжег его через одежду.

Дверь распахнулась, и в комнату вошел высокий мужчина в добротном походной одежде, со шпагой на боку. Треуголка, парик и холодный взгляд серо-стальных глаз. Вместе с незнакомцем в комнату залетел запах дорогого французского парфюма.

– Имею ли я честь лицезреть его сиятельство графа Ивана Михайловича Маресьева, майора Ее Величества, командира 2-го батальона Тверского пехотного полка? – отчеканил он.

– Д-да… – выдавил Иван.

Незнакомец олицетворял все то, каким Иван хотел бы быть, но не был.

– Имею честь являться тайным советником Петром Ивановичем фон Боком. У меня к вам дело исключительной государственной важности, господин майор. Извольте ознакомиться с моими верительными документами.

Фон Бок извлек из-за отворота перчатки туго скрученный магический свиток и протянул его Ивану.

Майор, было, дернулся отдавать честь, но потом схватил бумагу и дрожащими руками развернул свиток.

«Представителю сего… всецелое содействие… именем Ее Величества…» – строчки расплылись перед глазами. Иван раз за разом перечитывал текст, но смысл все ускользал и ускользал. Сердце графа билось со скоростью топота скаковой лошади, ноги стали ватными.

– Одновременно с тем я являюсь премьер-майором Гвардии Ее Величества Преображенского полка, – добавил фон Бок, забирая свиток из рук Ивана.