Никого нельзя обижать! Семестр І

Но, проходили секунда за секундой, а никаких явных опасностей, ни в салоне, ни вокруг автомобиля, не было видно и слышно. И вообще ничего, кроме удивленных и начинающих настораживаться глаз застывшей в шаге от машины главной безопасницы страны и рода, взбудораженное сознание не фиксировало.

– Ты чего? – обеспокоенно спросила Ярая-Шевцова, зрительно оценив учащённое поднимание и опускание груди своей соседки и развеивая созданную в панике защиту.

– Бл…ть!

Совсем не такое выражение, донёсшееся от Антонины, ожидала услышать в ответ Надежда.

– Кто? – вырвалось у неё от неожиданности.

– Сука!

Новое экспрессивное словечко с трудом протолкнулось государыней сквозь нервно стиснутые зубы.

– Чего? Кто сука? Я – сука? – растерянность Надежды от непонятного поведения Антонины не проходила, а наоборот усиливалась, что отчётливо выразилось в продолжении её речи. – Нет, с первым твоим выражением я таки согласна, но, ни в коем случае не со вторым!

– Все мы бл…ди в наше время, – произнесла обмякшая вдруг государыня, отпуская начавшую плавиться дверную ручку и растекаясь по мягкой спинке сидения, – особенно если посчастливиться встретиться с настоящими мужчинами.

И, закрыв глаза, Ярая с каким-то неожиданным надрывом продолжила:

– Эх, если бы всех феминисток прошлого века, особенно радикальных, перенести сюда к нам! Вот тогда бы я посмотрела на всю их борьбу за равноправие у металлообрабатывающих станков и доменных печей, на добыче нефти, газа и угля в подземных шахтах и карьерах, на стройках и тушениях пожаров, на марш-бросках по непролазной грязи с полной выкладкой в армии.

А наука, а технологии? Что нового появилось у нас за последние пятьдесят лет, что не было бы основано на том, что заложено учёными и инженерами прошлого? Почти ничего! Но и это не самое главное! Ты ведь сама прекрасно знаешь, что все мы потихоньку, незаметно вымираем. И в ближайшем будущем по всем прогнозам, даже самым оптимистическим, ничего с этим сделать не сможем.

– Так, подруга, – вклинилась в паузу, возникшую после слов государыни, Надежда, – ты таки читала на ночь «философские» (если можно их так назвать) «труды», основоположниц этого мерзопакостного движения! Кто это был: Симона де Бовуар, Дорис Лессинг, Бетти Фридан, Чимаманда Нгози Адичи или, упаси Боже, Кеенга-Ямахтта Тейлор47?

47.

Авторы (или сейчас правильно говорить авторши, авторки?) книг о феминизме.

– Да какая разница? – воскликнула хозяйка автомобиля.

– В принципе ты права! – согласилась её гостья.