Никого нельзя обижать! Семестр І

Без сознания та женщина сейчас потому, что врачи специально удерживают её в состоянии искусственной комы. Ей сделали операцию и теперь целительницы ускоренными темпами восстанавливают фиброзную ткань её диафрагмы, которая медленно и незаметно разрушалась уже не один год. Тогда, после второй непонятной потери сознания, лекарки провели углублённое, в том числе аппаратное, диагностирование всего её организма и обнаружили какое-то чрезвычайно редкое заболевание, протекающее бессимптомно и которое при обычных осмотрах никак не выявляется.

После всего выясненного обеих столкнувшихся со Счастливчиком дам подвергли тщательному и глубочайшему исследованию в закрытой клинике. И если у первой ничего неположенного не нашли, то вторая, если бы не было непонятного воздействия парня, примерно через три-четыре месяца ушла бы от нас в мир иной. Вот так! Так что очень вовремя эта женщина встретила на своём жизненном пути нашего, а теперь и её Счастливчика.

– Так получается вы теперь, вместе с парнишкой, являетесь, можно сказать, вторыми родителями пострадавшей? – воскликнула озадаченная рассказом Надежда.

– А вот тебе ещё информация к размышлению, – в который раз махнула рукой на замечание подруги Антонина. – В минувшее воскресенье среди прочего я подписала грамоту на присвоение дворянского звания виконтессы, то есть второго ранга оперирования эфиром, некой Белой Ладе. Знаешь оную?

– Ты что, запоминаешь всех, кого удостаиваешь такой грамотой? – удивилась министр МВД, вспоминая недавние слова государыни о хорошей памяти.

– Целительские рода такой силы я держу на постоянном контроле. А специализирующихся на омоложении тем более! – пояснила государыня.

– Эта девушка, если я не ошибаюсь, одноклассница Счастливчика. И у парня с нею было небольшое приключение на физкультуре, в котором принял участие, насколько я помню, чуть ли не весь их класс, в том числе и твоя наследница. – министерская память была не хуже государыневой. – Но почему такое внимание к всего лишь двойке?

– А там ещё месяц назад была слабая единичка без видимых перспектив роста как минимум в течение ближайших пяти-семи лет, а то и более.

– хмуро прозвучало в ответ.

– Почему так? – из уст озадаченного министра выскочил риторический вопрос, ответ на который, как было известно самой Надежде, не ведом сейчас никому.

– А никто не знает! – пожала плечами Антонина. – Просто рождаются иногда ущербные дочери даже у самых сильных одарённых женщин.