Богоборцы 2

Хотелось бы управиться с делами до того момента. С этими мыслями я толкнул калитку и обомлел.

Пока мы с дедом полуночничали, тяжёлые густые тучи разошлись, словно по мановению волшебной палочки, и округу заливал свет полной луны. Сбоку был виден небольшой отгрызенный тенью Земли кусочек, но то можно не считать. Главное, теперь на улице было светло почти как днём. В городе такого не увидишь. Лунный свет отражался от белого пушистого снега, и казалось, что деревня словно сияет. Завораживающее зрелище, от которого я уже почти успел отвыкнуть.

Вздохнув полной грудью, я решил не включать фонарик, чтобы не портить впечатления. Да и батарейки не казённые. Домой не хотелось. Если тёмная деревня казалась чем-то хтоническим, ужасным, то сейчас, наоборот, было ощущение, что попал в сказку. Так что я побрёл неспешно, любуясь красотами и отдыхая душой от суматохи города. Вернусь — опять придётся носиться как белке в колесе, но сейчас об этом даже думать не хотелось. Так, в тишине и умиротворении, я и дошёл до моста, а вот там меня ждал сюрприз.

— Дяденька, а дяденька, — писклявый девичий голос прозвучал из-за спины, когда я почти ступил на мост. — Помоги! Я замерзла.

— Мать моя женщина, — я чуть не подпрыгнул, разом разворачиваясь на звук. — Мелкая, ты откуда здесь?!

— Тятька с мамкой сказали тута ждать, — шмыгнула носом девчушка лет шести. — Я весь день жду, замёрзла совсем. Ножки не ходють. Дяденька, а дяденька, донеси меня до дому.

— Ну, помочь-то можно, — я сунул руки в карманы, — а где, говоришь, твои родители живут?

— Да тут недалече, — обрадовалась мелкая.

Я наконец нормально рассмотрел девчонку. Самая обычная, в фуфайке, длинной юбке, валенках с варежками, замотанная в длинную шаль. Короче, классическая крестьянка словно с картины «Весна. В бане» Пластова. Да, я не совсем тёмный, даже немного в живописи разбираюсь, и Шишкина от Пикассо отличить могу. Спасибо урокам культурологии и Тане, что стимулирует память презрительными комментариями о колхознике, которым стыдно оставаться одарённому.

— Покажешь? — пожав плечами и подумав, что стой не стой, а делать что-то надо, я шагнул к мелкой. — Ну хорошо. Лови!

И, швырнув левой рукой ей горсть мелочи, завалявшейся в кармане, с правой от души вмазал фонариком прямо в лицо. Удар вышел на загляденье, да и фонарик у меня был не простой, а полицейского образца. Такой легко может сойти за дубинку.