Та, которую я...

Карета унеслась вперед, оставляя за собой клубы серой едкой пыли…

Глава 13

Мрачная серая долина оборвалась, когда обоз миновал последние скалы. Дальше до самого горизонта простиралась приятная глазу равнина с густыми лесами, желто-зелеными полями, раздольными лугами и блестящими озерами.

Мимо нас медленно проползали деревеньки, на колосящихся полях копошились земледельцы, дорога постепенно приобретала все более четкие очертания, пока не стала идеально ровной, словно в бетон утрамбованной многочисленными ногами и колесами – приближалась столица…

Селенодол приветливо встречал гостей издалека – лоснящимися куполами зданий, разноцветными крышами домов, пестрыми флагами и огромными боярскими прапорами, развевающимися на ветру.

Обоз хищно вонзился в окраину столицы.

Было довольно многолюдно вопреки утверждению Устина. Никто отсюда не бежал. Или, наверное, кто хотел, тот уже перебрался в другие края. А тут остались те, кто привык жить здесь и не собирался покидать насиженных мест, либо те, кому просто некуда было уезжать.

Однако и знать не особо торопилась возвращаться в свои поместья под защиту Родовых Очагов. Тут и там сновали самоходные кареты. Но как мне показалось, они двигались не хаотично, а примерно в одном направлении.

Подводы сгрудились у постоялого двора.

– Сходите, осмотритесь, – кивнул Устин мне и Пахому. – Примечайте где дома пустые, но чтобы побогаче. Дотемна возвращайтесь. А малец, – указал он на Фомку, – при мне побудет.

– А как же имперские войска или полиция, ну или жандармы? – спросил я.

– Императора нет, значит, и их нет. Кто им платить будет? – отозвался сообразительный возница.

Мы с Пахомом переглянулись и согласились.

Лишь только отошли от постоялого двора Пахом с хитрой физиономией предложил:

– Слышал я, место тут одно есть. Интересное очень... По дороге расскажу. Айда туда.

– А как же уговор с Устином? – уточнил я, наморщившись.

– Ты и вправду собрался помогать ему дома чистить? – удивленно хмыкнул Пахом.

– А Фомка как же?

– Сбежит, если надо будет, – уверенно заявил он. – Ты ему кто? До столицы вместе дотопали, теперь у каждого своя жизнь.

– Надо было хоть предупредить его, – засомневался я. – И перед Устином неудобно. Он нас довез всё-таки.

– Фомка – немаленький, догадается, – отмахнулся Пахом. – Вон, считай, через всю империю пробрался – и ничего.