Та, которую я...

Поначалу Вовка приставал с расспросами: куда запропастилась Алиса?

Он беспокоился за нее чересчур уж безмерно.

Еще бы. Такая красотка.

К тому же он знал, что у меня с ней сложились совсем непростые взаимоотношения, что я видел ее лишь частично. Пусть он в это и не верил, но понимал, что я воспринимаю происходящее, как из ряда вон выходящее. Стало быть, ждал от меня всяческих насыщенных полномасштабных эмоций. Но мое внешнее проявление своих чувств не подпадало под общепринятые шаблоны.

Я носил маску безразличия.

И приятель заклеймил меня прозвищем «человек без эмпатии». Хотя на самом деле эту самую эмпатию следовало бы проявлять ему по отношению ко мне. Как-никак мы с ним друзья.

В общем-то, мне было всё равно, как он меня называет.

Прозвище абсолютно неприлипчивое. Вряд ли оно сможет расползтись по академии. Однако после исчезновения Алиски дружба между нами стала ускоренно затухать.

И я основательно убедился в утверждении, что от женщин жди одних неприятностей. Даже такую крепкую многолетнюю дружбу, как у нас с Вовкой, залетная расфуфыренная красотка сумела разрушить в два счёта.

Пусть я и не показывал виду, но лишиться приятеля, и, конечно же, Алиски мне было очень жаль. А Катя после того похода в ресторан обходила меня стороной. «Просить» еще кого-нибудь из девиц у меня желания сейчас не возникало.

Одиноким жить проще, но когда ты в полной мере осознаешь свое одиночество, то становится невыносимо тоскливо.

И в один из моментов приступа такой тоски я вдруг отчетливо услышал голос Алиски.

– Погуляй со мной, – тихо сказала она.

– Да раз плюнуть! – радостно воскликнул я, но, оказалось, что сделал это мысленно.

И чуть успокоившись и тщательно убедившись, что ее головы поблизости по-прежнему не видно, повторил свои слова, однако уже с более умеренным эмоциональным порывом.

Ну вот. Совсем недавно я мечтал избавиться от назойливой лунной подружки, а стоило ей пропасть и появиться снова – у меня радости полные штаны.

Неважно у меня обстоят дела с твердостью характера.

Надо как-нибудь над этим поработать.

Но не сейчас. Сейчас прогуляться мне точно не помешает. В общем-то, я и так был на улице. Просто изменил направление движения, зашагал не к дому, а свернул с бульвара на боковую узкую улицу, где народа было гораздо меньше.

Ведь если я стану беседовать с невидимой Алиской, то меня могут неправильно понять.