Та, которую я...

Мне показалось, что воспользовавшись ситуацией, хитромудрые тетки приписали лишка.

По-моему, не могло поместиться столько на трех сгоревших подводах!

Может, они потребовали компенсацию за моральный ущерб? А может, я просто гнал напраслину на этих приближенных к богине женщин.

Да, пожалуй, знатные семейства им и так ни в чем не отказывали. И даже дополнительные запросы жриц аристократы не оставят без внимания.

Напоследок не удержался и уточнил у одной из женщин в тунике:

– А на татуировке – это кто?

Я постеснялся ткнуть в те тату, что были на бедрах жрицы, указал на ту, что красовалась на ее плече.

– Это иной образ Селены – без головы, – пояснила она мне. – Такой богиня появляется лишь во время таинств.

– Ну, да, тут и вуаль не нужна, все равно не признать… – задумчиво произнес я. – Разве только по сись…

«Ёпрст! Я ведь видел Алиску там, на Земле, совершенно без всего ЭТОГО! И наоборот – со всеми другими частями тела, отсутствующими на татуировке. С башкой и пятками. Вдруг между всем этим есть какая-то связь?»

***

Обратно мы двигались, разумеется, намного быстрее.

Я таращился во все стороны в оба глаза, а возницы подгоняли лошадей.

Останавливались только в деревеньках – напоить утомившихся животных, да и самим перевести дух. Деревенские мужики и бабы, вырванные нашим внезапным приездом из теплых постелей, без ругани и злости помогали нам. Мы ведь – княжеский обоз.

Все-таки как не гнали мы лошадей, в усадьбу приехали лишь ранним утром.

Я велел стрелецкому патрулю, дежурившему у Больших Яиц, позвать Балистара и Прохора.

Пусть разбираются. Они ведь мои непосредственные начальники. О субординации я же знаю не понаслышке – то, чем пичкали меня в Академии Космического Корпуса, прочно в голове сидит.

Там ведь как было. Заела кнопка сброса мусора – не командиру звездолета докладываешь, а дежурному технической службы, а он уже дальше – по должностной цепочке.

Первым появился Прохор. Я в двух словах сообщил ему о том, что произошло. Взглянув на пленника, он сбросил его с телеги и отпустил возницу на покой.

Мужичок облегченно вздохнул, прикрикнул на лошадей и поспешил за своими товарищами на конюшню.

Вскоре подошел и хранитель. Теперь я уже рассказал все подробности о нашем путешествии. Приукрашать свое геройство не решился, хоть и подмывало. Гришка ведь оклемается – и обо всем по-своему поведает. Правда, он в отключке тогда находился, а возницы и вовсе – свои зады уже в высокой траве попрятали.

– Хорошо.