Отставник. Том 1: Новая Жизнь

Однако Виталий спустя какое то время почуствовал себя живым, несколько десятков секунд назад он чувствовал дикую боль от взрыва по всему телу, после чего его глаза быстро заволокла тьма а мозг отключился, скорее всего правратившись в ошметки. Пытаясь понять где он и что вообще происходит Виталий медленно начал двигать конечностями, понимая что он лежит на какой то кровати под чем то легким. «Неужели я сразу проснулся в раю?» – стрельнула мысль в его голове. Постепенно отлепляя глаза ему открывался каменный потолок, а слух уловил тихое шуршание чего то металлического, о что то деревянное? Может судьбу пишут? Окончательно открыв глаза Виталий пытался было встать, но тело не слушало да и его ли это было тело? Виталий не чувствовал волос на его лице, от прежней заросшей бороды не было никаких ощущений, не болели старые шрамы которых было довольно много, да и чувствовал себя Виталий явно не после длительного запоя, только лишь головная боль которая медленно, но постепенно уходила из его головы будто улетучивалась.

Взгляд Виталия привлекла какая то мазаика на стене, которую спустя мгновение кто то заградил при этом положа руку на голову при этом, сжимая другой рукой руку Виталия. Неужели его клеймят?! После чего раздался голос на смутно знакомом Виталии языке, однако тот лишь пытался понять, пока его голова вновь не заболела от резкой боли, а неизвестный не закричил еще, что-то отдаленно звучащее как «Сюда, он очнулся»? Что происходит мать вашу? Где я нахожусь если не в раю?

– Преар Аврелий как вы себя чувствуюте? – Спросил чей то мужской голос.

Что? Какой еще Аврелий? Какой Преар? Куда я попал, неужто в Рим? Хоть я и херово учился, но вот эти Аврелии, Августы, Марки и прочие это точно Римская Империя или Республика хрен их знает. Но как я попал то сюда? Может взрыв был необычный? Или это судьба дает второй шанс? Интересно...

– Голо-ваа – С трудом промямлил Виталий, ощущая тяжелую головную боль.

– Сейчас, сейчас помогу. – Произнес неизвестный делая невидимый жест рукой.

После его слов чувственное и нежное тепло поддалось в голову будто, успокаивая боль и убирая ее насовсем, спустя пару минут от боли осталось лишь воспоминание об этой самой боли. Виталию действительно стало лучше, он резко стал вспоминать кто он и что с ним было, многочисленные образы почти из самого детства до недавних событий прошли у него в голове восстанавливая цельную картинку. Но вот мысли... Они были совсем о другом.