Восхождение Страйдера

Затем он бьёт снова, с правой, потом с левой, с правой и левой. А я просто шагаю, увожу голову в противоположную от удара сторону и чуть-ли не хохочу во весь голос. Хук за хуком — и все мимо.

Да быть такого не может, чтобы я проиграл такому лоху в той драке. Они бы даже вдвоём меня не уделали…

— Ну всё, вы нарвались, — Саксонский принялся закатывать рукава.

— Стой где стоишь, Саксонский, -попросил я его, продолжая увиливать от яростных кулаков Вербицкого, — и без тебя тут слишком легко.

За нелепыми, до абсурда неуклюжими атаками Брони, наблюдал и его брат.

А вокруг нас, тем временем, собралась небольшая группа смеющихся студентов.

— Да стой ты на месте, Сабуров! Или дерись, как мужчина! — рычал патлатый «рубец вместо рожи».

— Отправь его в спячку, брат! — поддержал Ярослав, сжимая приподнятые кулаки.

Какие же Вербицкие жалкие. Не удивлюсь, если они победили меня только благодаря ухищрению, причём самому подлому, возможно даже противозаконному. Кто они там такие? Фармацевты, вроде? Расхлебывать кашицу начну именно с вас, мудозвоны.

Вы первые в моём списке вендетты.

Кажись, Броня Вербицкий уже выдохся, какая жалость.

— Отдышись, никуда не торопись, я подожду, — сказал я тяжело дышащему Брониславу.

— С-с-с-с… Са-бу… Ров! — прошипел мой противник, снова кидаясь на меня с кулаками.

Нужно и меру знать, недоносок…

Мой кулак вылетает из кармана и встречает нападавшего в области солнечного сплетения. Броня тут же согнулся пополам и стал задыхаться, медленно опускаясь на четвереньки.

Бой был окончен. Пора подкрепиться.

— Броня! — бросился Ярослав к своему брату, — брат, ты как? живой?

Я вернул руки в карманы и лёгкой походкой вернулся к Саксонскому.

— Тут мы закончили, пошли поедим наконец.

— Сабуро, ты… Что чёрт подери… Ты точно человек?.. — поднял бровь Саксонский.

— Не знаю, за обедом обсудим, — пожал я плечами и уже собрался уходить, как вдруг…

Раздался громкий, омерзительный, разгневанный крик во всю глотку.

— САБУРОВ! Я ВЫЗЫВАЮ ТЕБЯ НА ДУЭЛЬ!

Обернувшись, я лицезрел кипящего от злости Ярослава Вербицкого.

Парень тяжело дышал, из ушей бил пар, а лицо и его волосы горели языками адского пламени Он извлек из ножен одну из катан и направил раскаленное лезвие по мою душу. Маленький экранчик с боковой стороны рукоятки мана-меча засветился, что означало лишь одно, — УММ активирован и готов к бою.

Броню оттащили студенты, дабы тот ненароком не попал в предстоящую мясорубку.