Железные Рыцари. Чемпион

Раз ко мне пусть “со второго захода” нормально обращаются — надо хотя бы понять, что и как. Да и Мари — действительно “хочу”.

— Я на своём монодиске, — отрезал я. — Укажешь путь.

А то за спиной у этого типа на его монодиске я лететь точно не хочу. Уронит меня по пути, или ещё чего — психи они тут какие-то!

— ХАЙ! — разгибаясь рявкнул этот тип, буквально вспрыгнул на свой монодиск и выдал: — Смиренно ожидаю!!!

Блин, такими воплями не “смиренно ожидают” а убить грозяться, рассуждал я, садясь на свой монодиск.

И полетел за чёрно-красным, даже не плюнул на поджаренных, хотя очень хотелось. Летели мы не долго — в самое высокое, многоярусное здание, с несколькими десятками ярусами загнутых крыш. Монодиски оставили на площадке, сразу на этаже. И за полминуты добрались до… бумажной стены. Натурально — стена из нескольких слоёв картона или бумаги, на деревянных рейках.

— Покои даймё Учида, почтенного Моримото Учида, — почтительно произнёс проводник.

А пара стражников в чёрно-красной силовой броне — сдвинули бумажную дверь в сторону без слов. Нахрена вдвоём — я не понял. Эту “дверь”, да и стены плевком пробить можно. Но ладно, захожу. И вижу — сидит лысый дед, за сотню с хреном лет. Ножки артритные скрестил, трубочку длинную с чем-то покуривает. Щурится на меня “как бы благожелательно”, кивает. Стар, морщинист, два волосины, изображающие усы, чуть ли не до пола торчат.

— Добро пожаловать, даймё Ульвер, — слегка кивнул дед.

— Не очень “добро”, — хмыкнул я. — Приветствую тебя.

— Прояви уважение, юнец!!! — вдруг рявкнул, выпучив глаза рявкнул дед.

— Пока ты ничем моего уважения не заслужил, старик, — честно и спокойно ответил я. — Твой клан заинтересован в моём предложении или я удлетаю? — не стал я тянуть старика за ус.

Дед на меня глаза попучил, подымил с минуту.

— Клан Учида заинтерсован в предложении Рода Ульвер. Присядь, обсудим, — указал он мне на пол.

Ну я и присел — правда в загогулину не скручивался. И стал слушать что дед несёт. И, в процессе, до меня дошло: это дурачьё относится ко мне как… к ребёнку! Вот просто, как к несмышлённому карапузу, ещё и “невоспитанному”! Это не выпячивалось, но было очевидно: по уточнениям, переспрашиванию и всему такому. То есть.