Становление короля

Попрощавшись, мужчина повел Гори через один из потайных ходов. Не хотелось его показывать, но обходить часть двора по дождю не хотелось ещё сильнее. В покоях Дроздов единственное, чего хотел, так это лечь и уснуть, но точно не садиться за дела. Но выбора не было.

Макнув перо в чернила, он подтянул к себе лист, начиная записывать приказ, касательно эльфов. Он пока не указывал куда точно переселение, все-таки, народу это знать не обязательно. Избавляют их от эльфов и все. Хорошо подумав, он написал ответственным за документы тоже Адама, тот легко шел на контакт, схватывал на лету и во всем слушал старшего брата.

И последнее было главным плюсом. Мозгов у Дроздова и на двоих хватит.

— Гори, скажи кому-нибудь позвать лекаря Лансы, он мне нужен, — махнул Дроздов, взявшись за стопку скопленных бумаг.

Подписав десятую часть, он откинулся на спинке кресла, вглядываясь в написанное. Частный запрос на покупку десятка ткацких станков. Сначала он хотел отказать, все-таки, их слишком просто тогда продать другим королевствам в тридорого.

Но потом задумался, а не будет ли это лучшим решением? Не найдя нужной мысли, он просто отбросил запрос в ящик сложных, взявшись за следующий.

Казначей просил подтвердить, что пятнадцать тысяч золотых ему нужно отдать на строительство больниц. И с одной стороны, это же на пять разных больниц, но с другой… Какой-то он сегодня нерешительный. Быстро подписав, мужчина мельком просмотрел остальные, не особенно задумываясь на что давать отказ. Все-таки запросивший может подать аппеляцию, а нервы у Дроздова не железные.

С приходом лекаря стало проще, под диктовку короля он записывал о шприцах, переливании крови, анализе той самой крови и прочем. День пролетел, будто его и не было, а за ним и часть ночи. Только часа в два лекарь встал, разминая затекшую спину, и сказал, что ему пора к Лансе, придет он ещё через часов шесть. Но книга была практически готовой, она вышла куда меньше, но писали в шесть рук, так что вышло приемлемо.

Главное, чтобы за оставшиеся дни её все-таки успели тиражировать, а то фронта теперь два.

Так что, отпустив лекаря, Дроздов дописывал, чувствуя, что постепенно засыпает. Глаза закрывались, перо то и дело скакало по строчкам, хорошо, хоть Гори все шумел на фоне. Он даже перевернул какую-то вазу, но король на него и не взглянул, лениво махнув, чтобы тот прекратил буянить.

Как вдруг холод лезвия коснулся его горла. Закаленное магией железо Дроздов почувствовал сразу же, понимая, что щит бесполезен.