Гильдия

Он с детства серьёзно занимался спортом. Пробовал и бокс, и борьбу, а затем увлёкся современным пятиборьем и даже выполнил норматив КМС. Всё это вместе взятое, ещё и помноженное на изрядную порцию адреналина, закипевшую в его крови, не предвещало для его противника ничего хорошего. Так что маленькому толстяку, наверняка, не поздоровилось бы. Но… Ничего не вышло.

Генрих Карлович быстро вскинул руку перед собой и Нил словно упёрся в какую-то гибкую, но непроницаемую стену, в которой все его движения замедлялись и вязли, как в густой смоле.

Руки его непроизвольно опустились, и он даже вскрикнул от удивления и неожиданности. В ту же секунду какая-то мягкая сила отбросила его назад, и он всем своим весом плюхнулся прямо на объёмный соседний диван, заваленный шёлковыми подушками. Вау! Это было так внезапно! Такой «драки» он никак не ожидал.

- Давайте поговорим спокойно, не прибегая к насилию. Это вовсе не нужно, - продолжал, как ни в чём ни бывало, улыбаться Генрих Карлович, - Поверьте, я вам не враг! Я вас прекрасно понимаю.

Наверное, я сам испытывал бы такой же шок, попади я сейчас, к примеру, в какое-нибудь глухое средневековье. Но такова уж судьба.

- Нет! Это не моя судьба! – крикнул в отчаянии инженер Канелевский, - Это вы сломали мне и жизнь, и судьбу.

- Не скажите, Нил Сергеевич, не скажите. При сложившихся обстоятельствах – всё, как раз, наоборот.

- Каких ещё обстоятельствах? Если бы не вы, я сейчас жил бы себе спокойно в своём времени, а вы….

- Не спешите с выводами, - поднял руку толстяк, прерывая его на полуслове, - В том то и дело, что не жили бы!

- Как это? – озадаченно спросил парень и в глубине души у него шевельнулось нехорошее предчувствие.

- Всё просто. Жить вам оставалось всего несколько дней. Возвращаясь домой после конференции, вы погибли бы в результате несчастного случая. В том то и дело, что ваша жизнь там, в XXI-ом веке, совсем скоро закончилась бы. А мы даём вам шанс продолжать жить.

Правда, только уже в нашем времени и в другом теле. Но, согласитесь, это все-таки лучше, чем совсем умереть.

Все слова, какие и были, буквально комом застряли у Нила в горле. Он ошалело молчал, уставившись широко открытыми глазами на своего собеседника. Да уж! Такое необходимо было осознать. Немыслимо! Другое время, другое тело – и всё же это он, собственной персоной - Нил Сергеевич Канелевский, простой российский инженер, сотрудник НИИ из Москвы.