Гильдия

Внутри стройными рядами висели несколько платьев, юбок и кофт, сшитых по последней моде этого времени. На верхней полочке красовались шляпки разных фасонов с разноцветными лентами и перьями, а внизу располагался отдел с обувью.

- Всё это будет вам в пору, - уверенно сказал маг, - Можете не сомневаться. В спальном комоде вы найдёте ещё….э-э…различное, пардон - бельё, а так же ленты, пояса, сумочки и украшения. Короче, всё, что положено светской даме.

- Вот это, да! Я – светская дама! С ума сойти можно, – изумилась девушка, во все глаза разглядывая все эти необычные вещи, - Большое вам спасибо.

- Пустяки, - отмахнулся толстяк, поглаживая свои пышные усы, - Завтра мы пришлём вам горничную.

- Невероятно!

- Мы приносим вам, Марина Олеговна, самые глубочайшие извинения за столь резкое вторжение в вашу жизнь, - как ни в чём ни бывало, продолжал Генрих Карлович, - Вообще-то это против всех правил. Но ставки слишком высоки. Мы не могли допустить, чтобы вас использовали во вред нашему делу. В создавшихся условиях мы были вынуждены пойти на это, в качестве крайней меры.

Надеюсь вы не станине на нас сердиться. Ведь есть в этом и положительные для вас моменты. Например - мы воссоединили вас снова вместе.

- О, за это я наоборот, должна вас благодарить! - воскликнула Марина, - Ведь я уже оплакивала Нила. Правда….теперь мне придётся жить в непривычном мире.

- Здесь не так уж и плохо. Надеюсь вы быстро привыкните. Кроме того, в этом мире вы возможно вскоре сможете стать княгиней, со всеми вытекающими почестями и привилегиями, - лукаво улыбнулся толстяк, - Уверяю вас, стать членом одного из самых древних и знатных родов Российской Империи – весьма завидная участь! Вам может даже понравится.

В вашем веке это было бы невозможно. Мы просим лишь одного – истинная личность вашего друга больше нигде и никогда не должна всплыть. Отныне он – князь Путятин и никто больше, - взгляд магистра вдруг сделался жёстким и серьёзным, - Надеюсь, вы хорошо меня поняли и нам не придётся прибегать к непопулярным методам.

- Каким ещё «непопулярным методам»? – вскинул бровь Канелевский.

- Я имел в виду – крайние меры, типа стирания памяти и прочего, - пояснил Генрих Карлович, но тут же спохватился, - Уверен, что до этого не дойдёт. Мы полностью вам доверяем и хотели бы сохранить ваши истинные личности.

- Я вас понимаю, - проговорила журналистка в некоторой растерянности, - Просто…всё случилось так неожиданно…всё это свалилось, как снег на голову.