Князь Никто 2: Черная Книга

— Что это за место? Мне не нравится, оно будто какое-то плохое, злое...

— Ну разумеется, — хмыкнул я. — Это же больница для душевнобольных.

— А театр? — округлила глаза Анастасия.

— Там и театр, — кивнул я. — Не бойся, мы туда не лечиться идем!

— Почему ты сразу не сказал, что здесь такое? — Анастасия остановилась.

— А что такое, Анастасия? — я удивленно посмотрел на нее. — Мы просто заплатим по несколько монет и войдем. Посмотрим на психов, и, если нам повезет, то успеем на представление.

— Они берут деньги, чтобы показывать больных? — Анастасия прикрыла рот рукой.

— Эээ... — я неопределенно покрутил руками. — Да. Ив Биргман — никакой не психиатр. Он просто богач с причудами. Приехал в Петербург, выкупил здание и дал объявление, что принимает на постоянный пансион всех психов и уродов, держать которых дома накладно, а помирать они не собираются. Подсмотрел идею в лондонском Бедламе, вот только в родном Дюссельдорфе ему такое безобразие устроить никто не дал.

— А в Петербурге ему, значит, позволили, да?! — ноздри тонкого носика Анастасии раздувались от гнева.

— Милая, я не понимаю твоего гнева, — я пожал плечами. — Фактически, этот оборотистый делец с причудами сделал для несчастных доброе дело. Он их хорошо кормил, содержал в чистоте, лечил телесные недуги, когда таковые случались.

— Но на них же глазеют, как... как на зверей! — губы девушки задрожали.

— Подумай лучше о том, какая судьба их ждет при другом раскладе, — склонившись к уху Анастасии, тихо проговорил я. — Быть ярмом на шее своей семьи, страшной бесполезной обузой.

Всеми ненавидимыми и презираемыми обрубками человеков. За которыми нужен постоянный присмотр и уход. А если семья и так едва сводит концы с концами, как она, по-твоему, поступит? Молчи, не отвечай. Я скажу вместо тебя. В лучшем случае посадит в повозку и выкинет где-нибудь в подальше от дома. В худшем — стукнет по голове топором и спустит бездыханное тело в Мойку, расчленив перед этим на удобные к переноске кусочки.

— Ой... — Анастасия побледнела и сглотнула.

— Я совсем не думала... вот так... Наверное... Наверное, ты прав, — она поежилась, как будто от налетевшего ветерка. — А там... не сильно страшно?

— Вот и посмотрим, — я криво ухмыльнулся. — Я никогда не был там раньше.

Махина желтого дома имени Николая Чудотворца была в этой части Петербурга над всем доминирующим зданием. Вроде бы, здание не было особенно высоким или грандиозным, но почему-то... возвышалось. Его грязно-желтые стены исподволь притягивали взгляд.