Вик Разрушитель 7

Засим прощаемся. Всего доброго, господа.

Она встала и царственной походкой направилась к выходу, но я опередил её и распахнул дверь. После чего вежливо, не теряя лица, попрощался с инженерами, мысленно потешаясь над их желаниями на халяву получить лакомый кусочек.

- Ты видел? – уже не сдерживая эмоции, Малыхин зачем-то вытащил из канцелярского стакана карандаш и переломил его пополам. – Ну, не наглец ли? Получил через коммерческие каналы движки Стингрей, сляпал на колене броню и считает, что ухватил бога за бороду.

Да кто он такой?

- Сын князя Мамонова, - флегматично пожал плечами Козлов. – Ну что ты кипятишься, Саша? В нашем положении остаётся только ждать и работать над своими двигателями. Тем более, уже получены первые образцы синтетических волокон. Работа идёт. Или ты думал, что мальчишка самолично может решать вопросы продажи экзоскелета собственного изготовления? За ним явно маячит фигура папаши-князя. А уж «золотой тойон» своей выгоды никогда не упустит. Давай-ка подождём до конца года, а потом выясним, что они там надумали.

- А эта девушка, Голицына… Она с какого края вдруг примазалась к Мамонову?

- Ну, вариантов два, и оба тебе не понравятся, - улыбнулся инженер-конструктор. – Невеста – раз. Голицыны представляют финансовые и правовые интересы княжича Андрея – это два… Саш, ну их, аристократов! Давай, хлопнем по чарочке! Всё равно ход на стороне Мамоновых.

- Нет, подожди, - упёрся Малыхин. – У мальчишки два экземпляра брони. Во втором экзоскелете выступала Великая княжна Лидия Мстиславская.

Если я немного понимаю что-то во взаимоотношениях высокородных, Мамонов просто обязан подарить «скелет» напарнице. В честь победы на соревнованиях, например. Или по просьбе цесаревича.

- Хочешь сказать, что нашим боссам стоит напроситься на аудиенцию к государю-наследнику? – понятливо кивнул Козлов. – Ну, идея не лишена разумности. Если мы первыми подсуетимся, то этот экземпляр будет в наших руках. Ладно, звони наверх, а потом расслабимся.

Оказавшись на улице, мы одновременно вдохнули в себя нагретый за день, но такой свежий, воздух.

И засмеялись непонятно почему. Арина сразу надела чёрные очки, оглянулась на ждущих её возле «Сенатора» Вальтера и Терентия, а я поспешил спросить, пока девушка не уехала:

- Почему ты настаивала на четырёх месяцах?

- А ты почему на трёх? – улыбнулась Голицына. – Всё равно ведь не станешь продавать, сразу бы и обозначил позицию. Я лишь подогрела их интерес и желание.