Пологий склон

Не скрывая восхищения, Эцуко обычно подбегала к ней и восторженно кричала:

– О, как красиво, очень красиво!

Нежная, тонкая, грациозная, как журавль, девочка прижималась к Сугэ, которая утопала в пышных складках шелка и походила на нераскрывшийся махровый пион.

Любование такой изысканной красотой доставляло господину Сиракаве ни с чем не сравнимое удовольствие.

– Узор, какой же выбрать узор… Пожалуй, побеги зеленой вьющейся вики на белом фоне лучше всего подойдут Эцуко, – приговаривал Сиракава, повернувшись к Томо, – и, конечно, атласный оби.

Хозяин был непривычно оживлен и добродушен. Сугэ держалась естественно и просто. Наметанным глазом Томо мгновенно определила, что господин все еще сдерживает свою страсть и до сих пор не прикасался к девушке.

Похоже, Сиракава робел и не знал, как подступиться к малолетней красавице. Обычные приемы обольщения, которые он использовал при общении с гейшами и служанками, в данном случае совершенно не годились.

Видимо, он решил, что самый верный способ покорить сердце девушки из бедной семьи – накупить ей дорогих нарядов и подарков.

Наблюдая за супругом из-под опущенных ресниц, Томо вспоминала, как этот мужчина когда-то так же заботливо выбирал гребни и заколки, обручи, ленты и прочие милые безделушки и посылал их домой своей юной жене.

Сиракава не любил бросать слова на ветер и обещание, данное Сугэ, выполнил незамедлительно.

Почти каждый вечер почтенное семейство появлялось на представлении в «Титосэ-дза», единственном во всем городе Фукусиме театре.

Сам Сиракава, Томо, Эцуко, Сугэ и две-три служанки занимали лучшие места.

Появление Сугэ в летнем темно-красном кимоно со сборками на плечах произвело в зале фурор. Даже актеры заметили красавицу и в своей уборной говорили только о ней.

– Вы слышали? Это новая игрушка префекта, она недавно появилась в доме. Какое у нее лицо! Картинка, а не девчонка! Правда, прелесть?

Особенно бурно обсуждали Сугэ активисты Либеральной партии.

В последнее время власти все чаще и чаще устраивали облавы, на конспиративных квартирах производили обыски и аресты. Члены партии ненавидели Сиракаву, своего идейного противника. Сугэ действовала на них как красная тряпка на быка.

– Нет, ну что за человек?! Позор! Гниль! Он душит демократию, попирает наши гражданские права, а себе позволяет невероятные вещи.