Инквизитор Тьмы 5

— Алексанлр Вениаминович узнал, о том, что вы решили оплатить обучение любому абитуриенту на наш выбор и пришёл с похожим предложением. В этом году его сын поступает к нам на финансовый факультет и он также решил обойтись своими силами. Это мы сейчас и обсуждали. — выдал Долгорукий.

— Я очень рад, что кому-то выпадет столь потрясающая возможность. Только ваши данные немного устарели. Я решил, что в этом году выкуплю все места на юридическом факультете. А тех, кто будет обучаться на этих местах, выберет Даниил Евстратович.

По мере того как я говорил, глаза Долгорукого становились всё больше и больше. А под конец его и вовсе перекосило так, словно решил прожевать сразу несколько лимонов, вместе с цедрой.

Он прекрасно осознавал, какую свинью я ему подсунул. И что просто не может мне отказать. А вот всем остальным, кто решил в этом году поступать на платной основе, придётся отказывать.

— Раз я обрушил на вас эту информацию столь внезапно, то обязуюсь утрясти все проблемы с теми, кто уже оплатил обучение.

Университету не придётся нести никаких убытков. Ни финансовых, ни репутационных.

— Это очень благородно с вашей стороны. — оценил мой жест Голдблюм. Забыв упомянуть о том, что сперва это было крайне отвратительно. Вот так взять и решить всё в одностороннем порядке. Но, у кого есть сила, есть и кое-какие преимущества.

— Я так поступать точно не стану. — поднял руки Голдблюм, когда хмурый ректор посмотрел на него. — Достаточно будет и одного оплаченного нами места.

Голдблюмы известны своей благотворительной деятельностью, поэтому для нас хватит. А теперь оставлю вас наедине. После мне бы ещё хотелось поговорить с вами Виктор Алексеевич. Если это возможно?

— Возможно. Думаю, что освобожусь минут через десять. У меня совсем простенькое дело.

— В таком случае буду ждать вас в приёмной. — сказав это, Гольдблюм оставил нас с Долгоруковым наедине.

— Виктор Владимирович, думаю, что вы должны понимать, о чём именно я хочу с вами поговорить?

— Если вы уже встретились с Даниловым, то вполне.

Он мужик прямой и всегда высказывает своё недовольство. За это его и ценю. Да и место своё он занимает по праву. Отличный специалист и прекрасный педагог.

— Мне он тоже понравился своей прямолинейностью. А вот то, что вы всё же нарушили собственное слово — нет. Я попросил Даниила Евстратовича присутствовать на всех экзаменах Дарьи и лично убедиться, что к ней будут относиться так же, как и к другим абитуриентам.