Ненужный

Это очень плохо, молодой человек. Я ведь сейчас могу кликнуть полицейского и тебе очень не поздоровиться.

Ежи облизнул губы. Сумка, по-хорошему, была уже в его руках. Пацан точно украл эти инструменты у какого-нибудь мастера. Скорее всего даже у знатного мастера-оружейника. Вон, побледнел.

- Давай сумку мне, и иди себе с миром, - ухмыльнулся мужчина, предчувствия победу. – Давай, давай. Видишь, я уже собираюсь крикнуть, - красуясь, Ежи даже глубоко вдохнул. Мол, смотри, я почти готов кричать.

Парнишка с отчаянием в глазах открыл сумку и вытащил оттуда… пистолет.

- Х-р-р, - едва не подавившись воздухом, закашлял Ольшанский. Теперь уже пришла его очередь бледнеть. – Ты что делаешь? Это же нападение на благородного! За это каторга, если повезет.

- Это если поймают, дядя, - голос подростка изменился, совсем лишившись какого бы то ни было дружелюбия. – В патронах этого малыша ослабленный пороховой заряд, а в самом стволе дульная насадка.

С этими словами, подросток быстро ретировался, через мгновение исчезнув в ближайшем переулке.

-//-//-

Мадам старший воспитатель приюта уже третий раз раскладывала пасьянс, но в очередной раз получала одно и тоже – трефового короля. Примета в гадании не самая приятная, скорее даже неприятная. Выпадение такой карты говорило о появлении в вашей жизни какого-то нехорошего человека или события.

- И что же это может быть? – она смахнула длинный локон со лба. – Опять этот поручик с пьяных глаз ко мне заявится? Что же интересно мне провидение снова приготовило? – чуть помедлив, она с решимостью взялась за карточную колоду. Решила еще один раз раскинуть пасьянс.

Но провиденье не стало ждать выпадения карт, а сделало свой ход немедленно.

За дверью ее кабинета послышались тяжелые шаги, и почти сразу же дверь распахнулась.

- Ой! – от неожиданности вскрикнула женщина, роняя из рук карточную колоду. Карты веером разлетелись по сторонам. – Как вы смее…

Первый из вошедших мужчин, высокий, невероятно худой, резко цикнул на нее. На его лице, словно выточенном из камня, застыла такая угроза, что она тут же съежилась в кресле. А все оскорбления, что едва не вырвались из рта, «проглотила».