Дура

— А планируете в ближайшее время?

— К чему разговор? — нахмурились Аня. — Или вы сватать меня приехали?

— Ага, — радостно подтвердил Глущенко, — как есть сватать. Не за себя, к моему глубокому сожалению, — отвесил он корявый комплимент, — а, скажем так, за друга.

Аня призадумалась — на шутника боярич Глущенко похож не был, да и глупо ради дурацкой шутки в такую даль переться. А вот если всерьёз, то вполне себе вариант. Есть, скажем прямо, лазейка в законах. Допустим какой-нибудь безродный артефактор желает боярский титул получить, не для себя, понятное дело, для детей.

— Простолюдин? — напрямик спросила Аня.

— Обижаете, Анна Егоровна, — надулся Глущенко, — боярин!

— Боярин? Даже не боярич? Из новых наверное.

Ну да, кто-нибудь воде её папеньки — такой же интернатовец или выходец из простолюдинской семьи. На самом деле ей было всё равно — замуж Аня не собиралась, но интересно стало, почему она? Что за фокусы?

— Вот отчего вы, боярышня так пессимистично настроены, отчего лишь худое видите? — Алексей деланно обиделся и тут же разулыбался вновь. Нет боярин не из новых, очень старый род, я б даже сказал древний. Не сильно известный и не сказать, что богатый, но сами понимаете, с чем сравнивать.

— Интересно, — протянула Аня, — боярин древнего рода и не может жену найти поприличнее. Слишком большая разница в возрасте? Больной? Преступник? Или род в опале? Какой-то изъян во внешности, он урод?

— Анна Егоровна, — хохотал Глущенко, — ну что вы право слово. Да разница в возрасте есть, но я не думаю, что десять лет — прям катастрофа. А всё остальное — это уже ваш пессимизм. И внешность в порядке, многие барышни его очень привлекательным находят.

— Угу, — кивнула своим мыслям Аня, — десять лет значит ему тридцать шесть.

Алексей Андреевич вдруг сделался серьёзен и собран, и дурашливая весёлость враз испарилась из его глаз.

— Ему шестнадцать, — припечатал он, — разумеется ни о каком замужестве речь не идёт — нам нужна помолвка. Чтоб место занято было. На год или около того.

— Много желающих? — саркастически хмыкнула Калюжная. — Прям отбоя нет?

— Будет много, — согласился Алексей, — пока же его даже в списки «Рода» не внесли.